-И к чему ты клонишь?
-Из-за этого, стали рыть глубже, выуживая и другие детали фиктивности ваших отношений. Нам необходимо поставить точку в этих слухах, а именно, показать, что мы все такая же семья, разобщенность очень дорого обходится. Еще один важный шаг – оградить вас от угрозы, пока все не уляжется.
-Как вы собираетесь это делать?
-В воскресенье пройдет первая пресс-конференция, где нам всем необходимо быть. Роман сейчас не станет сильно давить на Миру, поэтому, я говорю это тебе. Делай, что хочешь, но ни у кого не должно остаться сомнений в крепости вашего брака, после этого вечера.
-Начинается. – Раздражение вперемешку со злостью накатили, как ударная волна.
-Влад, в большей степени, репутация подорвалась из-за твоей глупости. Накосячил – исправляй. Необходимо как можно быстрее привести твое лицо в нормальный вид.
-Как вы все меня уже заебали. – Поднялся, и вылетел из кабинета. Голова разрывалась от нахлынувших проблем.
-Влад, тебе нельзя появляться возле дома. – Обернулся, увидев брата стоящего в дверном проеме. – Несколько кварталов патрулируются, люди Корсара будут ждать тебя, а засветишься с кем-то из своих, они тоже попадут под раздачу.
-Да вы, сука, издеваетесь?! – Мышцы лица дрогнули, и появилась тупая боль.
-Речь идет не только о тебе. Могут пострадать совершенно посторонние люди, неужели тебе мало крови на руках?
-Не смей упрекать меня. – Сжав ноющие челюсти, был готов порвать брата на куски. Либо ты, либо тебя – другого варианта иногда не остается, когда перед горлом размахивают заточкой. Что он знает о таких реалиях?
-Вот именно, что ты во всем видишь лишь упреки, и воспринимаешь все в штыки. Ты пошел на это, чтобы защитить своих, а мы, чтобы защитить тебя. Когда ты наконец-то поймешь, мы тебе не враги.
-Не ты ли говорил, что я должен знать свое место? Вижу одни упреки? Потому что от вас я только их и слышал. А теперь, когда я вам понадобился, то втираете о какой-то жалкой семье и помощи. Так вот я понял, где мое место, братец. Подальше от лицемерных мудаков вроде вас. – Бросил ему на последок, и пошел к выходу.
Такое чувство, будто я сплю и это все одни кошмар. Лучше бы я тогда продал почку, чтобы отдать ему деньги. Расплачиваться за ребят и собственную шкуру гораздо дороже обошлось. И я уверен, что и это еще не конец.
На районе, действительно, изменилась обстановка. Снующие туда-сюда люди в костюмах, которые стоили дороже всех припаркованных во дворе машин. Только я хотел зайти в свой подъезд, как меня окликнула соседка.
-Владик! – Дарья Степановна выпрямилась, оторвавшись от кормления уличных кошек. Поправив платок на длинных седых волосах, она с лицом шпиона контрразведки проковыляла ко мне ближе. Это была единственная бабушка во дворе, не считавшая меня «наркоманом и бандитом», из-за того, что я иногда помогал ей. То рыжего пушистого упыря с дерева снимал, постоянно расцарапывающего меня, то банально придерживал дверь. И ведь постоянно зовет меня этим «Владиком», чего я терпеть не могу. А от «Владюши» так и вовсе глаз дергается.
-У нас тут весь двор на ушах. – Она говорила так, будто это была тайна мирового значения. Еле заметные брови зло нахмурились, а живые голубые глаза пробежались по лицу, меня частенько видели с разукрашенной физиономией. Только сейчас заметил, что обычных людей на улице совсем нет, даже малышня не носится. – Бандиты какие-то тебя ищут, всех спрашивают. Шпана какая-то ходит.
Скептично пробурчала, выражая негодование к нарушителям всеобщего спокойствия.
-Да, я уже в курсе. – Вздохнул, оглядывая двор, где слонялась отцовская охрана. Хоть райончик у нас не самый благополучный, это уже перебор. Корсар и глазом не моргнув может устроить «утечку газа», разворотив целую многоэтажку ради моей головы, пусть и тогда уже по кускам. Сука, все хуже и хуже. Я привык ломать кости себе подобным, без сожалений и раздумий, но сейчас смотря на старушку, которая пекла самые вкусные лимонные пирожные, ощутил давно забытое чувство под названием совесть. И без того саднящие ребра сжали легкие, отчего дышать стало затруднительно. Чем бы там не шантажировал отец, это был только мой выбор, за который я должен нести ответственность. Что и кому я докажу, не просто сдохнув, а потянув за собой кого-то еще? Нет. Я не дам им в очередной раз щелкнуть себя по носу за собственный выбор. Докажу отцу и брату, что не пацан, которого надо уму разуму научить. Может хоть тогда, они оставят меня и мою жизнь в покое.
-Ничего, уеду на пару дней, и все уляжется. – Твердостью в голосе, хотел внушить это не только ей. Дарья Степановна хотела что-то сказать, но я уже прошмыгнул в подъезд. Надо принять душ, переодеться, взять кое-какие шмотки и валить. Здесь я, как на ладони. Вот только куда пойти? К своим нельзя, им пока со мной делать нечего. Нужно будет встретиться с ними, рассказать события текущих дней.