-Они не спасут. – Потерянно отвечаю, зная, что ни одна слезинка не убережет мое сердце от помешательства. Влад коленом развел мои ноги, нарочито медленно скользя губами по шее вниз.
-Начинаешь соображать. – Своей насмешкой он подтвердил мои слова. Внутри меня все еще была скованность, как какая-то преграда, которую разрушали кирпичик за кирпичиком. Машинально вцепилась в его волосы на макушке, когда он оставлял свои болезненные поцелуи на груди, неумолимо спускаясь ниже. Как сопоставить всю его жестокость с этими до мурашек чувственными касаниями? Тело само собой изворачивалось от щекотных поцелуев на животе, но его сильные руки удерживали меня на одном месте. На мгновенье, встретившись взглядами, я закрыла глаза, увидев ту палитру эмоций, что отражалась в его зрачках. Там можно было найти все. Желание, страсть, ненависть, злость, гнев, чистое безумие. Могла ли я подумать, что судьба приведет меня в его объятия? Не смела.
Холодок пробежался вдоль позвоночника, а с губ слетел мимолетный стон, стоило ему вцепиться в мое бедро, подобно утопающему за спасательный круг. Жестко рванул на себя, прикусив выпирающую косточку на бедре. Я невольно согнулась, припечатав колено к его спине. Двинувшись немного правее, покрывал укусами бок, и когда достиг ребер, остановился. Жгучий интерес распахнул мне глаза, являя стоящего на коленях Влада, устроившегося между моих ног, что желали соединиться вместе, но Мерц был для этого преградой. Накаченная грудная клетка двигалась чаще, и при каждом выдохе, он напрягал мышцы живота. Он расстегивал джинсы, параллельно смотря на меня, подобно голодному зверю. Я почувствовала смесь страха и нестерпимой жажды, горевшей в венах. Что же я творю, он завтра и не вспомнит, ведь эта ночь смешается с сотнями других. А я? Буду разбита. Дура, дура, дура. От невыносимых эмоций зарываюсь пальцами в волосы, немного закрывая лицо руками. Влад хватает мои запястья, с силой отшвыривая по сторонам.
-На меня смотри. – Гортанный голос, от которого я зажмурилась, раздался над ухом. Мерц протиснул ладони под мою спину, нависая сверху, опираясь локтями. Я сглотнула, ощущая влажные губы на виске, и схватила его за горло. Опасливо подняла глаза, утопая в запахе его кожи. Сжав пальцы со всей силы, чувствую его бешеный пульс. Он снова ухмыльнулся уголком губ, и подался назад, а моя рука бессильно упала на кровать.
Влад провел пальцами по животу, и я выгнулась навстречу такой редкой нежности в его действиях.
-Ненавижу твою шелковую кожу. – Упиваться нежностью получилось недолго. Мерц грубо обхватил мои ноги, скользя ладонями по бедрам. – Ненавижу твой запах, голос. Ненавижу каждый твой вздох.
Глаза сверкнули пьяным блеском, он подтянул меня ближе, а затем обвел языком сосок, отчего я застонала, сильнее сжимая его ногами. Знакомая пульсация взрывалась в теле, вынуждая меня позорно льнуть к нему, как кошка. Он остановил меня, обхватив за подбородок. Челюсть заныла от его сильной хватки, и, желая ответить тем же, впиваюсь ногтями в бугристые мышцы на плечах.
-М-м, - сдавленный стон рвется из груди, стоило ему только укусить ниже уха, но сразу же провести языком по месту «ранения». Я думала, что давно превратилась в желе, но резкая боль отрезвила моментально. Влад не щадил, не жалел, вдобавок сжав мои бедра. Хриплые вскрики отражали слишком яркую вспышку боли. Ведомая рефлексами, попыталась податься назад, отползти, но Влад вжал меня в матрас, тяжело дыша в шею.
-Нет, стой! – Задыхаясь, отчаянно хватаюсь за его плечи, прижимаясь губами к ключице. Жаркое тягучее ощущение внизу меркнет по сравнению с тупой болью, которую приносят его резкие движения. – Влад, подожди…
-Терпи. – Жестко отрезал, начав целовать за ухом. Затем подался всем телом вперед, выбивая из меня новые крики.
-Больно… - Скулю не своим голосом, пока он ритмично вбивался в мое тело, с каждым разом все глубже. Боже, так до этого он оказывается, еще жалел меня. Мокрые волосы спутались, а тело покрылось испариной.
-Расслабься, Барби. – Он сжал мою ногу на своей талии, не отрываясь от моей шеи. Поборов жгучее напряжение в животе, отвлекаюсь, зарываясь пальцами в его волосы, задевая ногтями уши. Мерц что-то прорычал, дернув рукой, отчего подушка полетела на пол. Я полностью растворилась в нем, перестав прислушиваться к ощущениям, которые сменяли друг друга. Лишь надрывно стонала в его плечо. Все чувства оголились, раскрылись, как по команде. Тело послушно принимало каждое движение, каждый поцелуй, выжимая из всего по максимуму. Все случилось слишком резко и быстро, я не успела даже понять, когда боль отошла на второй план, оставшись позади, как далекий старт. И вот гормоны наперегонки неслись к яркому финишу. Ощутив от меня большую отдачу, Мерц ускорился, дернув мою голову за волосы, открывая себе доступ для новых яростных поцелуев и укусов.