Он был взбешён, таким я видел его впервые. Он имел полное право злиться на меня, поэтому я лишь молчал.
-Собирай людей, нам нужно спланировать вылазку на этот клятый завод. - Тимур обратился к отцу, и уже прошёл мимо меня, но потом что-то невнятно прорычал и резко развернулся, в одну секунду со всей силы заехав мне по лицу кулаком. - Твое счастье, что я спешу, иначе Богом клянусь, шкуру бы с тебя спустил.
Бросив гневное высказывание, вылетел из кабинета. Я выдохнул сквозь зубы, прижав ладонь к, возможно лопнувшей скуле. Отец молчаливо поднялся, даже не посмотрев в мою строну, и вышел, сохраняя хладнокровное выражение лица. Я знал, что заслужил, но легче от этого не стало. Оглядел кабинет, утопая в болезненной тишине. На высоких книжных шкафах неизменно стояли десятки книг и папок. За красной увидел перевёрнутую рамку. Взяв в руки, увидел коллаж из нескольких снимков. На первом был Тимур, одетый в бейсбольную форму, он щурился от солнца, держа биту в одной руке, а другой рукой обнимая мальчишку лет пяти. Это я? Лица практически не видно, его скрывает козырёк слишком большой для ребёнка кепки. Только широкая улыбка выдавала меня, из-за отколотого верхнего зуба. Другая фотография меня удивила. Я сидел, устало подперев щеки руками, недовольно смотря перед собой, а со спины в меня вцепилась мелкая девчонка, явно хохотавшая в тот момент. Она крепко ухватилась за шею, повиснув на мне. На голове два высоких светлых хвостика с розовыми бантиками. Не помню этот случай, хоть и мне на вид лет десять, наверное, она слишком часто висла на мне, чтобы помнить обо всех таких моментах. Было ещё пару фото, на которых мы с братом стояли рядом с отцом.
Как давно все это было. Будто не со мной вообще. Почему-то я вспоминал только о плохом, заложив все хорошие воспоминания в дальний ящик, похоронив под грудой пыли. Они правы, я никогда не умел прощать даже самые мелкие обиды. Не хотел. Острая боль в щеке превратилась в тупую, ноющую, похожу на ту, что поселилась между рёбрами.
-Влад? - Голос у дверей привлёк мое внимание.
-Чего тебе? - Отвернулся, делая вид, будто жизненно важно занят изучением книжных корешков. Диана замялась у дверей, не решаясь войти.
-Всего лишь хотела спросить, как ты.
-Лучше всех, а теперь оставь меня. - Однако на пороге возникла ещё и Мира. Ну и утро.
-Скажи, что это не правда. - Ее затравленный синий взгляд выжигал мне душу дотла. Не нужно быть гением, чтобы понять о чем она говорит. Видимо у Тимура в порыве гнева длинный язык.
-Ничего я тебе говорить не собираюсь. - Оправдываться я точно не намерен, и тем более извиняться.
-Ты просто... У меня даже слов нет, чтобы сказать, как подло ты поступил!
-Думаешь, я бы стал это выслушивать? Я обойдусь и без твоего длинного носа. - Не в силах больше выносить ее взгляд, вышел из кабинета, задев их обеих в проеме.
Однако за пределы дома меня не выпустили. Поэтому я плюнул на все, и пошёл в зал, выпустить пар.
Лишь один всеобщий вопрос смог окончить мое избиение груши, спустя час. Барби. Ее нигде не было.
Глава 30 Мира
Смотря на свое отражение в ванной комнате, не могла уместить в голове всю тяжесть его безумных затей. Неужели он смог бы сотворить это своими же руками? А мой отец? Что было бы с нашей семьей? Точнее с тем, что от нее осталось. Еще раз умыла лицо холодной водой, чтобы прийти в чувства, но это никак не хотело помогать. Если бы не дети, признался бы он? А в прочем, какая разница, все, чего он жаждет – остаться одному. А в ноги ему падать я не стану. Я действительно чувствовала, что между нами что-то изменилось, но потепление не всегда приносит хороший исход событий. Я могла бы еще сотни раз самоотверженно натыкаться на острия шипов, что растут вокруг него, да только вопрос «зачем?». Он все равно прогонит меня, как бродячую собачку, которая смотрит с надеждой на того, кто решил погладить ее.
Из омута собственного чистилища меня вывел писк телефона. Незнакомый номер. С жутким предчувствием подняла трубку.
-Ну, здравствуй, belleza. – Отражение побелело до состояния идеальной ванной плитки. Сердце бешено колотится где-то в глотке.