– Нашу иерархию невозможно понять. Все мы так или иначе принадлежим Алекс.
– Она была подростком, когда Ройсу вкололи сыворотку.
Улыбка исчезла с лица Пэйдж. Я видел, как напряглись ее плечи и руки. Теперь она сжимала руль от злости, а не из-за страха.
– Возраст не имеет значения, если жизнь заставляет тебя повзрослеть раньше времени, солнышко. И я не согласна с принципами Алекс во многом, но тот факт, что мы все принадлежим ей и подчиняемся ее приказам – неоспорим.
– Став Соколом, я лишился свободы? – Возмущение выплескивалось из меня. И на этот раз Пэйдж не наслаждалась этим.
– У тебя есть свобода, однако когда мы на задании, безукоризненно выполняем ее приказы. Даже если тебе кажется, что Алекс допускает ошибку. В первую очередь, она думает о нашей жизни, но и свою не подвергнет опасности. Не для того она выжила, чтобы так просто сдаться.
– Ты решила раскрыть мне ее прошлое?
– Даже дьявол не сможет вытащить из меня эту историю. Не обольщайся. Насчет Джекса, – мы наконец-то заехали на дорогу, ведущую к дому, – он относится к тебе не как к игрушке. Это что-то другое.
– Он относится ко мне, как к дерьму.
Пэйдж искренне рассмеялась и откинулась на спинку сиденья. Блестящие темно-каштановые волосы взметнул поток ветра. Несколько прядей упрямо лезли ей в глаза, но она легким движение смахнула их за спину. Пэйдж была красивой. Ее красота была опасной и пленительной. Она виделась мне пламенем. Ярким, манящим, бушующим. Но не способным согреть меня. Я бы сгорел дотла, приблизившись к нему, при этом ничего бы не почувствовал.
Никаких эмоций.
Ни-че-го.
– Джекс не знает и не понимает значение слова забота. Когда кто-то из нас приходит к нему в подвал, он считает, что мы делаем это назло. Сделай выводы, солнышко.
Я нахмурился, пытаясь правильно трактовать ее слова.
– По-твоему, его отношение ко мне – слабая версия заботы?
– Он своими методами пытается отыскать к тебе путь. Но я и так сегодня много наговорила. Поэтому, тебе придется все выяснить самому. Дам подсказку: ночью Джекс не такой уж и невыносимый.
Пэйдж подмигнула. Ворота распахнулись, и мы въехали на территорию. Джекс стоял на крыльце, сжимая в руке пистолет и нож.
– Достань оружие из бардачка, солнышко. Я собираюсь надрать зад этой истеричке.
Тон ее голоса не терпел возражений, но я не двигался. Пэйдж что-то сказала на русском, что больше прозвучало как ругательство. Она сама открыла бардачок, достала пистолет и сняла его с предохранителя. Я не успел ничего сказать: Пэйдж резко выскочила из машины и первая открыла огонь. Две пули прошили живот Джекса. Он не остановился. Что-то выкрикнул на русском, на что Пэйдж расхохоталась. Я не выдержал и вышел из машины.
– Я убью тебя, Пэйдж. Я, блядь, убью тебя.
– Эти бессмысленные клятвы тешат мое самолюбие. Продолжай.
Джекс вскинул пистолет, но я успел встать перед Пэйдж. Меня порядком достало, что эти двое делили меня как кусок торта. Не хватало еще и третьей хозяйки, которой изначально предназначался десерт.
Джекс не опустил руку, не сбавил шаг, не выстрелил. Он двигался до тех пор, пока дуло пистолета не прижалось к моей груди. Глаза цвета грозового неба с чистой ненавистью, не предназначенной мне, смотрели в мои. Давление на грудь не прекращалось. И если бы раньше я испытал страх, то сейчас не обнаружил в себе ни единой капли.
– Отойди, – прорычал Джекс.
– Он теперь на моей стороне, Джекс, – промурлыкала Пэйдж и обвила мой торс. Глаза Джекса сразу метнулись к ее рукам. Что-то проскользнуло в его взгляде, близкое к разочарованию. Его губы скривились, а пальцы крепко сжались на рукоятке. Давление на грудь становилось невыносимым.
– Я ни на чьей стороне. – Я убрал руки Пэйдж и отступил. – Не вмешивайте меня в свои конфликты.
– Ты не имел права уезжать без спроса. – Джекс схватил меня за футболку и притянул к себе. Наши лица разделяли ничтожные дюймы. Я ощутил аромат мяты и хвойного леса, исходивший от его кожи. Джекс требовательно взирал на меня, а я не мог прекратить вдыхать этот запах. Он казался… успокаивающим. Мысли улетучились из головы, словно их оттуда прогнал поток мощного ветра. Однако причина стояла прямо передо мной, и я понятие не имел, что делать с этим осознанием.
– Я не собираюсь спрашивать у тебя разрешения. Она такой же Сокол как и ты.
– Ты принадлежишь мне.
– Не помню, чтобы участвовал в каком-то аукционе. Держи свои фантазии при себе.
Пистолет в его руке дрогнул только для того, чтобы в следующую секунду выстрелить. Джекс облизнул верхнюю губу, развернулся и ушел.
– У нас огромные проблемы. – Выглянула из-за моего плеча Пэйдж. – Я бы на твоем месте…