– Алекс, смотри.
Девочка не поднимает головы и продолжает водить пальцем по мягкому ворсу ковра.
– Она тоже еще не привыкла к своему новому имени. – Ройс бежит обратно к Алекс и машет рукой перед ее лицом. Она вздрагивает, отползает к стене и с испугом смотрит сначала на него, потом на меня. Ее глаза быстро наполняются слезами, темные волосы падают на лицо.
– Алекс, – зовет ее Анна, – познакомься, это Джекс.
– Нет, – шепчет она дрогнувшим голосом, – не надо, пожалуйста.
Алекс притягивает к себе колени и беззвучно плачет. Я хватаю воздух, но никак не могу протолкнуть его в легкие. С ней делали то же самое, что и с Катариной? Почему она ведет себя так же?
Мы смотрим друг на другу. Чем дольше я всматриваюсь в ее заплаканные глаза, тем больше хочу содрать с себя кожу. Она думает, что я такой же? Она видит мою грешную душу? Но я не хочу прикасаться к ней. Не хочу делать с ней то, что делали с Катариной.
Ройс внезапно встает перед Алекс. Радость исчезла с его лица, и даже руки сжались в кулаки.
– Ройс, – строго говорит Анна.
– Она боится его. Ты сказала, что я должен защищать Алекс.
– Правильно.
– И не должен подпускать к ней солдат.
– Но Джекс не солдат. Он теперь один из вас. Могу я попросить тебя защищать его так же, как и Алекс?
Ройс сразу дает согласие, а я испуганно качаю головой.
– Нет. Нет. Не надо! – Мой голос срывается на крик. Алекс убегает в угол, сжимается и продолжает плакать. Меня трясет от страха. Слезы обжигают щеки, и я быстро смахиваю их, чтобы никто не заметил. Ройс пытается приблизиться к Алекс, но она громче плачет и постоянно повторяет «пожалуйста, не надо». Ее рыдания врезаются мне в грудь и каким-то образом добираются до сердца. Женщина просит Ройса отойти. Я замечаю, что и на его глаза навернулись слезы.
– Я не хочу, не хочу, не хочу, – задыхается Алекс, скатываясь по стене. Она обнимает себя руками и прячет лицо в коленях. Анна позади меня что-то делает. Я слышу странный звук и вижу в ее руках странный аппарат. Такой был у моего отца. Он прикладывал его к уху и что-то говорил.
– Алекс, с тобой хочет поговорить Энзо. – Алекс поднимает голову. В заплаканных глазах я вижу надежду. Такую же, что когда-то горела в глазах Катарины.
Стоит Алекс приложить к уху этот аппарат, как рыдания прекращаются. С трудом, но у нее получается дышать. Энзо, наверное, ее ангел.
Жаль, что у меня такого нет.
Глава 16. Джекс
Алекс не дала Броуди себя обнять. Вышел Билл и примирительно предложил поехать вместе с ними к Анне. Я пригрозил Рэю: если он поцарапает мой мотоцикл, то я освежую его.
И по правде говоря, я собирался сам его поцарапать, лишь бы исполнить собственную угрозу.
Мы пытались дозвониться до Ройса, но этот ублюдок увез Джиджи в какую-то тайгу и, наверняка, трахает ее во всех позах. Я старался не думать об их мерзких развлечениях, лишь бы не впускать Катарину в свою голову. Потому что мои предположения оказались верными. Если кто и мог понять боль Катарины, то это была Алекс.
Алекс написала в чате, что вернутся они только утром. С одной стороны меня съедало любопытство, как встретила Анна Рэя, с другой – было плевать. За окном ночь сменялась рассветом, а спать совершенно не хотелось. Я игнорировал зуд, распространившийся по рукам. Игнорировал пламя, которое обжигало вены. Броуди все еще держал нож у себя. И я понятие не имел, как вернуть его обратно. Если только не пробраться в комнату, вколоть ему снотворное и обыскать каждый уголок.
Дверь отворилась. Броуди без спроса зашел и остановился посреди комнаты с таким видом, будто жил здесь.
– Напомни, кто выписал тебе абонемент на безлимитное посещения мой комнаты?
– Ты перебьешь мне татуировку, а я отдам тебе нож.
– Предлагаю отдать мне нож и свалить на хуй.
– Как удобно, что я уже здесь.
Он рывком снял с себя футболку и сел на мою кровать.
– Я так понимаю, специального кресла у тебя нет?
– Ты не в тату салоне, придурок.
Я со вздохом поднялся и направился к тележке, где лежало все необходимое. Проще исправить это уродство, которое он гордо называет татуировкой, и вернуть себе нож.
– Я переделаю ее на свое усмотрение.
– Нанесешь какое-нибудь матное русское слово, и я выброшу твой нож на дно реки.
– Обожаю погружаться с аквалангом, – ухмыльнулся я и быстро накидал эскиз. – Возьми бритву.