Не все было какой-то чертовой любовной историей, как думала Марисса. Не у всех был счастливый конец. Он знал это не понаслышке — достаточно посмотреть на его родителей или открыть любое дело, лежащее на его рабочем столе.
Он все еще не мог перестать прокручивать в голове тысячи сценариев — каждый из них с ним, неспособным вовремя добраться до Саванны и стать свидетелем ее предсмертного вздоха, как это было восемь месяцев назад с другой девушкой. После ее смерти он исследовал все, что мог, о девушке, которая оказалась не в том месте и не в то время. Ей было всего семнадцать, и она оказалась в центре города, потому что поссорилась с родителями. Он закрыл глаза и притянул Саванну к себе, уткнувшись лицом в ее шею, вдыхая ее запах и стараясь не думать о той девушке.
ГЛАВА 18
Коул встретился после работы с Мариссой у Лиама, чтобы выпить пива. Сестра не давала ему покоя, с тех пор как познакомилась с Саванной, и он подозревал, что их совместный визит не был дружеской встречей брата и сестры. Больше похоже на шанс получить от него сенсацию без помех. Лайам машинально принес ему пиво, а Мариссе бокал белого вина.
— Спасибо, друг. — Коул отсалютовал бутылкой Лиаму и поднес ее к губам.
— Та-а-а-к, — Марисса протянула, улыбаясь ему. — Что нового?
— Ничего.
— Как Саванна?
— Хорошо.
Марисса надула губы. Коул знал, что его односложные ответы никуда не годятся, но ему было все равно. Он сам не понимал, что происходит между ним и Саванной, не говоря уже о том, чтобы пытаться объяснить это кому-то еще.
— Как прошло твое свидание с Сали?
— Хорошо.
Единственное, что он помнил о своем свидании с Сали, было то, что произошло потом с Саванной. Ее темные тлеющие глаза, наблюдающие за тем, как он трахает другую женщину, были, вероятно, самым эротическим опытом в его жизни. При воспоминании об этом по его шее пополз жар.
— Думаешь, что увидишь ее снова?
Сали?
— Нет.
Марисса закатила глаза.
— Коул. Поговори со мной. Что происходит между тобой и Саванной? Ты просто собираешься помочь ей, или она собирается найти работу? Не пойми меня неправильно, потому что мне очень нравится Саванна, но ты — мой брат. Это моя работа — присматривать за тобой.
Коул чуть не рассмеялся над абсурдностью ее вопроса.
— Саванна не такая. Ей не нужны мои деньги — во всяком случае, у меня их не так уж много, и да, я планирую помогать ей до тех пор, пока она в этом нуждается. — Он сделал еще один глоток пива, начиная волноваться от того, к чему клонился разговор. Он ожидал, что Марисса, как обычно, будет копаться в его личной жизни, а не отговаривать его от Саванны.
— Это ничего не доказывает, Коул.
— Она не обуза, Рисса.
«На самом деле, как раз наоборот».
— Мне нравится, что она у меня.
На ее губах появилась понимающая улыбка.
— Что на самом деле происходит между вами?
— Она была совершенно разбита. Я не стану ею пользоваться. Отпусти ситуацию.
Марисса рассмеялась.
— Ты слеп как чертова летучая мышь. Я видела, как она смотрит на тебя, Коул. Я не думаю, что ты можешь этим воспользоваться.
Что это значит? Как смотрела на него Саванна?
— Она на меня так не смотрит.
«Неужели?»
Марисса снова усмехнулась и сделала еще один глоток вина.
— Она смотрит на тебя так, словно хочет попробовать. И не заставляй меня начинать с того, как она готовит и убирает для тебя, в сущности, готова прибрать тебя к рукам целиком и полностью.
— Ты придаешь этому слишком большое значение.
Саванна делала все это, потому что это давало ей какое-то занятие, позволяло чувствовать себя полезной. Это не имеет к нему никакого отношения, не так ли?
— Ты позвонил мне в панике, когда у нее начались спазмы. Ты не находишь это... странным?
Коул пожал плечами, отказываясь отвечать, и сосредоточился на пиве. В то время он не думал, что это странно, но, наверное, со стороны это он выглядел как типичный обеспокоенный недомоганием своей девушки парень.
— Черт возьми, Коул, это не она сломалась, а ты. Клянусь, ты можешь быть влюблен в нее и даже не знать об этом со своей тупой головой.
Вряд ли.
Коул хотел рассмеяться и отмахнуться от ее замечания, но во рту у него пересохло. Он сделал еще один глоток пива, молясь, чтобы ледяная жидкость очистила его мозг от всех невозможных мыслей.
***
— Что ты скажешь, если я получу водительские права? — спросила Саванна за завтраком на следующее утро.
Горячий кофе болезненно скользнул в дыхательное горло. Коул пытался откашляться, не в силах говорить почти минуту.
Саванна положила лопатку рядом со сковородкой с яйцами, положила руку на бедро и начала говорить.
— Я уже водила машину. Много раз. Я училась на старом пикапе у нас на территории.
Поставив кружку и откашлявшись, Коул кивнул.
— Все в порядке, Саванна. Я запишу тебя на курсы подготовки водителей.
Прошлым вечером Марисса уже затрагивала эту тему – будущее Саванны. Коул задумался о том, что пора поднять вопрос о трудоустройстве Саванны. Он не знал, что правильно, черт возьми, он мог бы платить ей за приготовление пищи и уборку дома, но знал, что она все это делала бескорыстно, и не хотел оскорблять ее. Он знал, что Саванна хорошо ладила с животными, пекла и готовила. Конечно, есть вещи, которые она могла бы сделать, и, возможно, даже пойти в колледж, если ей это интересно.
— Как только получишь лицензию, сможешь ездить, когда я буду на работе. — Он ткнул пальцем во второй кусок бананового хлеба, который Саванна положила перед ним. — А ты не думала о том, чем бы тебе хотелось заняться? — Он осмелился взглянуть на нее.
— Я бы хотела работать с детьми. Может быть, няней, а может быть, в детском саду.
— Это отличная идея.
Коул удивился, как легко прошел разговор. Может быть, Саванна была готова к большему, сильнее, чем он думал. Он направился в свою спальню, чтобы продолжить готовиться к работе, чувствуя некоторую неловкость из-за разговора, который между ними состоялся.
***
Как бы Саванне ни хотелось признать, что Коул все же равнодушен к ней, потому что ее чувства были совсем другими. Особенно после того как наблюдение за ним с той другой женщиной разбило ее сердце на миллион крошечных кусочков. Она по глупости начала влюбляться в него, в его нежные чувства, в заботливую натуру, в сильную трудовую этику, во все его существо. И с тех пор как она увидела, как Коул занимается любовью с другой девушкой, ее тело соединилось с его сердцем, боль теперь охватывала все, овладевая ею изнутри.
Она скучала по нему, когда он был на работе. Скучала по запаху, по теплу и просто по тому, что есть кто-то, с кем можно поделиться мелочами. Например, когда Каддлс в первый раз вскочила на диван — смущенная тем, как она туда забралась, или когда Саванна, наконец, освоила рецепт своего любимого пирога, который делала для нее ее подруга Мелоди.
Она практически растерзала Коула, когда он вернулся домой с работы, отчаянно нуждаясь в контакте и внимании. И он всегда позволял это, но никогда не поощрял ничего нового между ними. Саванна понимала, что ей пора найти работу — найти что-то, чему она могла бы посвятить свое время и внимание, а не быть матерью и домработницей Коулу до смерти. Хотя он никогда не жаловался.