(Советую включить Benz Truck—Lil Peep)
Айсон оглянулся на товарищей, дожидаясь их одобрения. Внутри него бушевал океан, распирая изнутри душу. Он слышал, как, упиваясь мыслями о мести, сердце яростно гоняло кровь: в висках стучало.
Касатка
Рудо
Виттеш
Шан
Ренат
Кивнули
Раат открыл гаджет, придуманный Ренатом, и вложил образец в появившуюся в воздухе ячейку. Система просканировала материал, покрыв его красной сеткой.
— Вы выбрали: «Вызрыв на планете Спиритус», — У Айсона выбило воздух из лёгких. Нашли. Они нашли зацепку.
На мгновение возникла строка загрузки, но тут же исчезла, и напряженную атмосферу разрезал мужской электронный голос.
— В 5956 году нашей эры власти Фетцерум организовали теракт в самой крупной шахте планеты Спиритус, где осуществлялась добыча энергомощного минерала. Толчок от взрыва разорвал химические связи в заряжённом Мунрании, начав неуправляемый процесс высвобождения тепловой и лучистой энергии. Взрывная волна добралась до ядра планеты за пятнадцать минут, уничтожив Спиритус. Космический Суд признал планету Фетцерум виновной в трагедии. Летом 5956 года вынесен приговор: стереть с лица вселенной. Раса внесена в список убить при обнаружении. Все жители планеты Спиритус погибли; образцы минерала утрачены, — Раат ощутил прилив ярости— его планету уничтожили за зря, потому что это была ошибка ученых, чертовых ученых, несумевших во время остановиться! Его народ пострадал, его семья мертва, а он, правитель, прячется, как крыса, живой в бункере!
Глаза его покрылись ледниками, и он обратился к Маре:
— Не забудь стереть ей память.
— Кому ей? — уточнила Касатка.
— Обеим. Никто не должен узнать о том, что кто-то интересуется Энаторой Надрагой, — жестко ответил Раат. Он посмотрел на Вайганда, и Рудо прочитал в его глазах: «Мне нужна информация».
***
Вскрываемся, друзья!(отсылка к покеру, а не смерти)
Все куда запутаннее, чем вы можете предположить.
Глава 9
— Ситуация с этой...как там ее говоришь? — спросила Зери, укладывая золотистые волосы в ракушку.
— Мулиер Боннет, — устало ответила Тери — она сидит в кресле уже второй час, подготавливаясь к празднику в честь годовщины её родителей. Намечается сборище империумов: пышно, роскошно и громко, как всегда.
— Да, с Мулиер Боннет, довольно странная, — Зери зафиксировала прическу лаком и прикрепила изящную заколку с жемчугом и инициалами семьи Надраги, — но с другой стороны, если учесть, что к тебе на работу приходят в основном «такие», — Энатора хмыкнула, — то, наверное, это приемлемо.
— Возможно... — согласилась Тери, несмотря на то что сомнения по-прежнему остались. — Мы скоро закончим?
— Ещё макияж и наряд.
Золотоглазая съехала по спинке кресла, сгорбившись, и поправила лямку кружевного бюстгальтера цвета крем-брюле.
— Как твои отношения? — поинтересовалась Энатора, почесав предплечье, усыпанное перламутровой пыльцой. Тэсфайе вилась вокруг девушки, взмахивая кисточкой, точно волшебной палочкой, наводя марафет.
— Мы помолвлены, — пролепетала она, предчувствуя, что на это скажет Надрага. Однако Тери лишь улыбнулась, с теплотой посмотрела на подругу и ответила:
— Я рада, если ты рада, — Зери в миг переменилась: яркие прожилки в фиолетовых орхидеях загорелись, и она запрыгала на месте, пища от радости. Тэсфайе протянула Энаторе руку, хвастаясь утонченным кольцом из белого золота, которое было украшено мелкими драгоценными камнями. Надрага присмотрелась, наклонившись ниже, и заметила гравировку в виде миллиметрового макового цветка. — Почему мак?
Тэсфайе мечтательно вздохнула, подняла руки к груди, греясь о яркое пламя влюблённого сердца, и прошептала:
— Наше первое свидание...Мы гуляли вдоль полей, усеянных тысячью маками... Они лежали красным ковром, словно вовсе и не были цветами, а чём-то... чём-то... поистине волшебным, — подруга Тери оттянула кудряшку, выпрямив её, и улыбнулась: довольно, так, будто ей вновь разрешили есть сладкое, её любимый молочный шоколад. Она улетела в мир своих грёз, кружась в танце на их свадьбе; роскошное платье с струящимися вниз голубыми нитями, трёхъярусный торт, ломтик которого она пообещала себе, что обязательно попробует, и её прекрасный, самый замечательный на свете Рудо. — Зери Вайганд, — пропела девушка, закусив губу и глядя на Энатору.