— Дьяволица, — произнёс Рудо, все это время находившейся на линии, и добавил: — Я загрузил на ваши часы схему здания, можете уйти через чёрный ход. И еще... на всякий случай найдите себе алиби.
— Принято, — отозвался Айсон.
— Сами с собой разговариваете, Фае Маринетти? — Раат скривился: терпеть не мог одно маленькое слово «Фае», которое разрезало общество на «достойных» и не «достойных». — Настолько скучен приём для вас?
— Что вы... Пуэла Фае Касия... Из-за долгого пребывания на плантациях я отвык от светского общества. Но никак не нахожу, как вы сказали, этот приём скучным, — усмехнулся мужчина — вот и «алиби» нашлось.
— Как и тогда манер у вас не занимать, — Раат развернулся к наследнице; её дымно-карие глаза с открытым любопытством разглядывали мужчину, знаменитого шоколатье планеты Мортем. Безусловно, находясь у всех под носом, Айс ходил по лезвию ножа, но, как говорится, если что-то хочешь спрятать, положи это на самое видное место. — Сколько же времени прошло с нашей последней встречи?.. — Пуэла Касия поправила полушубок из белоснежного песца и прищурилась, всматриваясь в ледяную синеву глаз Раата.
Он давно обратил внимание, что его знакомая что-то подозревает — она особо аккуратно подбирала выражения, касающиеся времени, и всегда после этого слегка морщила нос.
— Достаточно... года три, может больше. Как поживает дело вашей семьи? — девушка блеснула глазами и дернула верхней губой, сдержав надменную улыбку.
— Пока вас не было, наши плантации лаванды распространились на юг, так что прекрасно, как и прежде, — она подошла к Айсону, не сводя взгляд с мужчины, и прошептала: — Вы же не будете против, если я позаимствую у вас шампанское? — девушка взялась за хрупкую ножку бокала и поднесла его к бордовым губам.
На первом этаже здания играл оркестр, и музыка отдаленно доносилась до пары, стоящей на террасе.
— Буду... — Раат забрал игристое вино из рук девушки, которые были облицованы в длинные бархатные перчатки. Мужчина, изучая миловидное лицо знакомой, выпил шампанское, и губы его изогнулись в ехидной улыбке, — не против. Позаимствуйте.
Наследница династии Касия усмехнулась и, поправив угольные волосы мужчины, припала к его губам.
***
— Абора, куда дальше? — Гаргольд сидел за рулем и тщательно следовал указаниям айтишника.
— Налево, там перекрёсток и резко направо, — звук тормозящих об асфальт шин пронёсся по улице, и машина совершила манёвр. — Так, теперь прямо. И прибавь газку, скоро праздник кончится.
Двигатель заурчал, разгоняя автомобиль до сверхскорости.
— Сколько у меня времени? — уточнил Виттеш, покидая город.
— Больше, чем на полчаса не рассчитывай, — ответил Ренат и попросил Рудо связаться с Цаем.
Пейзаж расплывался в боковых окнах, размазываясь одним сплошным зелёным пятном. Как только Айсон отдал приказ ехать в имение Надраги, Гаргольд, тут же послушавшись, уехал с приема под предлогом плохого самочувствия. Хоть ему и придётся отправить утешительный подарок 8-летнему принцу за столь небрежное отношение к «Его величеству», Виттеш был безумно рад, что ему подвергнулось такое интересное дельце.
— Я рядом с домом, — отчитался парень и, вставив три патрона, которые при попадании в жертву вызывали паралитический шок, в рулетку пистолета, установил на стену устройство по сбою системы безопасности. — Есть внутри люди?
— Сейчас проверю, — Ренат заклацал по клавиатуре. — Вроде, все чисто.
— Вроде?.. Я вхожу.
— Нет-нет-нет. Стой, я не уверен. Виттеш?.. — Абора, сидя в бункере, прислушался, и в динамике послышался хриплый бас: «Кажется, у меня проблемы». — Черт побери! — воскликнул Ренат.
— Что там? — Рудо оторвался от монитора и обеспокоено взглянул на товарища.
— Он обратился, — айтишник устало потёр лицо, а Вайганд выпалил:
— Он что? Он же весь дом разнесёт! Абора, что ты тут расселся? Марш к нему! — рыжеволосый парень подскочил на месте и хотел было возмутиться, мол: «А сам-то?», но, вспомнив слова главаря: «Рудо не впутывать — он по доброй воле нам помогает», повиновался.
— Вайганд, на тебе Шан и Мара с Айсоном, — смуглый мужчина кивнул и сел на кресло айтишника.
Ренат, стоя в дверях убежища, оглянулся, надеясь, что снова сможет увидеть это место и потёр предплечье, изуродованное шрамами, оставленными когтями цербера после их последней встречи. Айтишник спустился в гараж, на ходу натягивая на себя защиту, и выбрал одну из самых быстрых «ласточек» главаря. Фары изумрудной машины вспыхнули, точно два глаза, и в салоне развернулась сенсорная панель управления.