Выбрать главу

— Смотри! В новостях написали, что катастрофа случилась из-за перегрева башни накачки.

Эйприл бросила взгляд на плавающие в воздухе строчки: «Сохраняется неопределённая ситуация...», и принялась высыпать на тарелку консервы.

— Почему ты всё время молчишь?

— Очень весело?

— У тебя руки дрожат... Дай помогу, — Кир забрал банку и высыпал содержимое.

«Что с ней такое? Может, она размышляет о том же, о чём и я? Или в ужасе от того, что творится на Станции?»

Он встал, обогнул стол и положил Эйприл руки на плечи:

— Не бойся... Мы справимся...

И ощутил, как она вздрогнула.

«Похоже, она боится меня».

От этой мысли стало противно. Он взял свой завтрак и вышел на крышу.

Сквозь прозрачные стенки Эйприл смотрела на сидящего на парапете Кирилла. Она попробовала поесть, но не вышло — руки так дрожали, что ложка не попадала в рот.

Даже сейчас, глядя на него издалека и через преграду, она ощущала страх. Но дело было не только в мальчишке. Настоящий ужас вызывал вовсе не он, а воспоминание о том, что она сама чуть было не натворила. Она не могла поверить, что это произошло наяву.

«Может, это был сон? Они ведь настолько реальны — не понять, где сновидение, где явь...»

Она отвернулась. Утреннее солнце залило Логово. В падающих на старую мебель лучах мельтешила пыль.

Всё виделось ненастоящим. Эйприл начала понимать Кирилла...

«Но это ведь просто стресс! Мозг пытается защитится... Нет, так нельзя! Кир никуда не исчезнет, и не получится убежать от себя. Надо успокоиться!»

Она несколько раз шумно вдохнула, сосредоточилась и принялась за еду.

«Я всё придумала! Да, придумала! Вот что бывает, если мысли захватывают тебя целиком... Кир — обычный мальчишка, хороший и добрый! И главное, он меня любит. По-настоящему, ведь дважды, рискуя собой, спас мне жизнь».

Руки перестали дрожать. Эйприл улыбнулась.

— Кир, ты не забыл? Нам нужно попасть в затопленный Астропорт.

— По Станции бродят мутанты и Тень! А ты...

— Мутантов больше нет. А Тень, где она? Я не встречала! На складе есть гидрокостюмы и акваланги, для обслуживания системы охлаждения.

— Ты чуть не погибла! Неужто снова туда полезешь?

— В этом твоя беда! Ты не трус, раз спас меня, не побоялся. Но ум не даёт тебе действовать. Ты застыл. Всё потерял, но не стал свободен, и по-прежнему не желаешь жить! — она помолчала немного и твёрдо сказала: — Поверь, нужно лезть!

— Нет! — мальчишкой овладел иррациональный страх. Ему казалось, что там, в глубине, притаилась смерть.

— Надо! Ничего не поделать... Никому в голову не придёт, играя в компьютерную игру, сто лет просидеть в нарисованном доме, выводя персонажа на работу и в магазин. А в жизни, люди так себя и ведут!

— В игре страха нет.

— Нет страха разрушить иллюзии, изменить ложные представления о себе.

Костюмы были тяжёлыми, тащить их по жаре желания не возникало. Пришлось заряжать синтета — не полностью, а чтобы хватило на поход к бухте и обратно.

Эйприл непрерывно болтала, пытаясь отвлечься. Руки уже не тряслись. Снова стихи, снова странные разговоры...

...потерять не на миг, а совсем, чтоб дать место находке. Жизнь потерять, чтоб найти...

Залежавшиеся синтетические мышцы противно шуршали.

Вечно мы будем все дальше идти, не продвигаясь вперёд ни на шаг. И от планет и до новых планет, и от созвездий к созвездиям — даже не покидая Земли...

— Неужто, это твои?

— Откуда мне знать? Во мне все стихи мира. Но, согласись, эти строчки, будто про нас!

— Может, чувствуешь как-то.

— После аварии всё смешалось. Не разобрать...

Эйприл помолчала минуту...

— Эти точно мои, написала их только сейчас... Слушай!

Прищурив глаза, она начала:

— И чёрных два Крыла несут меня сквозь Тьму...

Кир слушал и удивлялся. Но что ещё за чёрные крылья? И почему — Тьма?

Он нахмурился и въедливо осмотрел худенькую фигурку. На точёной спине подрезанными крылышками торчали лопатки.

Кир явственно услыхал в голове хлопанье крыльев.

Звук нарастал...

Стоп! Он же не в голове!

Эйприл обернулась.

— Это что? — и сразу же вскрикнула: — Кир! Наверху!

Он задрал голову. На них пикировал чёрный дракон — змеиный хвост, жуткие зубы и когти. Правда, совсем небольшой — он вполне уместился бы под столом.