Кир встал, размазал по лицу слёзы и вышел под купол астропорта.
Добравшись до места, где они бросили снаряжение, он сел и задумался.
«Оба акваланга на месте. Эйприл всё ещё бродит по лабиринту. Что же могло с ней случится? Утратила связь с Маяком?»
Кир не знал, способна ли Эйприл существовать в изоляции.
«Она говорила, что „неполная“ и „немножко вампир“. Что для существования ей нужен и я, и Маяк...»
Мальчишка вздохнул. Он уже и забыл, каково это — быть одному.
«Нет, связь не могла разорваться. Станция способна поддерживать сообщение с целой Галактикой, и стены астропорта для неё не помеха».
Кир смотрел на колыхание светящейся воды и не мог решить, что ему делать.
«Помочь Эйприл я не смогу — я не знаю полный план коридоров».
Он не хотел признаваться себе, что даже если бы он его знал, и понимал, где найти Эйприл, то всё равно ни за что не решился вернулся назад.
«Но, забирать единственный акваланг?»
Наконец, он принял решение. Надел акваланг — отростки уже не казались такими противными. Нацепил ласты, и погрузился в воду...
Он появился на этом же месте спустя два часа, с найденным на складе кислородным баллоном. Снял акваланг, оставил его возле лестницы, и, воспользовавшись баллоном, уплыл назад.
Змей вынырнул из облаков, покружил над алыми горными пиками и опустился на заснеженный склон. Разодрав наст когтями, принялся жадно заглатывать кроваво-красный снег.
Нутро обжигал холод, но Змей не прекращал глотать, пока жажда не стихла. И в этот момент внизу он заметил озеро в окружении отвесных скал.
Эйприл приложила Оленя к экрану контрольной панели и сосредоточилась. Амулет под рукой разгорелся, и плита отъехала в сторону.
Едва она переступила порог, Олень рассыпался в мелкое крошево. Эйприл вытаращилась на пустую ладонь.
«Что, если это была не последняя закрытая дверь? Что, если я останусь здесь навсегда?»
Но обнаружилось и нечто приятное: на стене были написаны краской слова, от которых тянулись вдаль цветные дорожки. Не потеряешься.
Эйприл подняла глаза, и по спине побежали мурашки: над указателем красовались чёрные буквы: «MAYBE-17».
«Очевидно, что это — название объекта. Но... почему?»
Ниже было перечисление: склад, столовая, спортблок, энергостанция, ЦОД, медблок, командный пост, оружейная, центральный шлюз. Эйприл догадалась, что чем выше в списке расположено слово, тем помещение ближе.
«Значит, на склад!» — решила Эйприл. Жутко хотелось пить.
Подняв облако брызг, Змей спикировал прямо на мелководье и начал плескаться, повизгивая от наслаждения. Потом долго лакал, хлопая крыльями по воде. Вышел на берег, зашевелил ноздрями и радостно заурчал.
В чистейшем горном воздухе был растворён аромат одуванчика.
«Она совсем близко!»
Он отряхнулся и взмыл в небеса. Сделал круг, определяя направление, и устремился навстречу добыче...
Не пролетев и километра, он потерял след. Пришлось вернуться и опустится к самой земле.
В конце концов, он нашёл тоненький ручеёк запаха, вытекающий из замаскированной в скале вентиляционной шахты. Но самое странное, под толщей породы он чувствовал Тьму.
«Что ж... В шкуре дракона сквозь шахту пролезть невозможно... Но Тьма совсем рядом, она поможет совершить трансформацию. И, раз тут есть Тьма, Маяк мне больше не нужен! Убью девчонку, взяв себе её силу. А после, останется только расправится с Маяком и стать полноправным хозяином этого мира!»
По телу дракона прокатилась волна, и он начал сморщиваться, сжиматься, пока не превратился в чёрного крылатого котёнка. Потом, исчезли и крылья. Котёнок отрастил шерсть и юркнул в трубу.
На складе хозяйничал полумрак, и Эйприл включила фонарь. Луч выхватил из тьмы бесконечные ряды стеллажей. Коробки, коробки...
Тишину нарушал только лёгкий шелест вентиляции, да глухие звуки шагов. И вдруг до ушей долетел странный звук — будто лёгкое чавканье.
Эйприл замерла. Чавканье прервалось.
Она стояла, боясь шелохнутся, вдыхая и выдыхая ртом, чтобы меньше шуметь.
«Как глупо! Всё равно, свет фонаря виден издалека!»
Она замахала фонариком и крикнула что есть сил:
— Эй ты! Выходи!
Рядом — в соседнем ряду, зашуршало.