Вскоре все устали и проголодались. Когда подкреплялись в кафе на затенённой веранде, Гарри снова обратила внимание на пару мужчин, устроившихся неподалеку. А вот сестру Габриэль она так и не увидела — слишком много девушек в купальниках было вокруг. На всякий случай решила проводить малышку и, заодно, осмотреться тут, на новом месте. Какой-никакой — всё-таки гид.
Тенистые улочки, экзотические фрукты на лотках, крошечные магазинчики, одуряющий запах из кофейни, ветви теплолюбивых растений и гладкий булыжник под босыми ногами — чары замедления на себе она почувствовала не в первое мгновение и сбросила их только тогда, когда её спутницу накрыли каким-то полотнищем — в это же мгновение вырубила обоих мужчин, напавших из-за припаркованной машины, толкнув грубой силой к стене точно так же, как когда-то Дадли и дядю Вернона. А потом удивлённо уставилась на спавшую с замершей в ужасе Габриэль тряпку. Это была асбестовая ткань.
Поэтому и пропустила прилетевший в спину «Петрификус» — сбросила его, почти долетев до земли, кувыркнулась и удивлённо уставилась на девушку, направившую на неё волшебную палочку. Лет пятнадцати на вид в лёгком платьице, она выдала «Ступефай», от которого пришлось уклоняться.
«Сестра, всё-таки, присматривает», — сообразила, откатываясь за машину, откуда немедленно перенеслась за угол.
А сестра бросилась обнимать Габриэлку, возбужденно тараторя на таком быстром французском, что просто уши повяли. Потом опомнилась, обратила внимание на прилипших к стене похитителей и шарахнула по ним чем-то тяжеловесным. Тут же начали с хлопками прибывать грозные личности в алых мантиях, а Гарри благополучно исчезла — ей нет надобности светиться.
Глава 43
Разборка по-свойски
По случаю завершения очередного учебного года Альбус Дамблдор спустился по тропинке, ведущей из замка к избушке лесника и заглянул к Хагриду с большой бутылкой огневиски — хотелось расслабиться и пожаловаться на жизнь. Полувеликан умел слушать и сочувствовать, да и тупицей он никогда не был — не стоит путать доверчивость с глупостью, а косноязычие с неспособностью рассуждать.
— Добрый вечер, директор! — хозяин искренне обрадовался гостю и выставил на сколоченный из толстых плах стол сковороду с чем-то аппетитно пахнущим. — Рад, что не забываете. А у меня огурчики солёные выросли в парнике, — на столе появилась аккуратная кадушка. Хагрид принялся доставать с крышки камни, служащие гнётом:
— Это Ронечка делала по рецепту, который вычитала Гермиона в какой-то умной неанглийской книжке.
— Э! — непроизвольно коротко вскрикнул Великий Светлый Маг, уставившись на один из камней. На тот самый, который, по его мнению, находился в конце лабиринта, спрятанный в зеркало Желания. — Откуда он здесь появился?
— Кто появился?
— Философский Камень, конечно, — Дамблдор взял в руку обломок плотного красноватого минерала с красивой фактурой на сколе.
— Дык, на ём не написано, что Философский. С виду-то камень, как камень. А кто принёс, наверняка уже и не упомнишь. Вроде, Гарри его дала Рони, когда та сказала, что нужен груз на крышку. А откуда взяла — не приметил. Хотя, камней у меня в доме и не хранится — на что они?
Директор задумчиво наполнил кружку хозяина, налив себе только на самое донышко. Сделал глоток и принялся размышлять: Нимфадора Тонкс, которую он рассчитывал подготовить к противостоянию с Темным Лордом, так и не оправдала его ожиданий. Она оказалась неуклюжей и неорганизованной. Даже поучаствовать в решении судьбы дракончика опоздала. Очень жаль, потому что, будучи природным метаморфом, вполне могла бы при случае принять вид как раз той самой Гарри Поттер и справиться с возложенной на неё миссией.
На саму Поттер надежды было мало — она оказалась подозрительной, самостоятельной и неуправляемой особой, избалованной и неприветливой. Хотя… если камень принесла она, то… Ни одно из срабатываний поставленной около Пушка сигнализации не было вызвано ни ей, ни её подружками.
Странно. Эта троица отличалась прилежанием в учёбе и примерным поведением. Даже со слизеринцами не цапались, если не считать дружеских потасовок.