Надо понять, что делать дальше. Между тем Михалыч измерил мое давление, выписал витамины и закрылся в кабинете с моими родителями.
Я спрятала тест под подушку. Маленькое свидетельство того, что моя любовь дала продолжение. Я представляла эту искру жизни, что трепещет в моих внутренностях, и не могла решить, как к ней относиться. Как к неожиданной неприятности, или как благословению?
Даже достала телефон, чтобы написать Дэну. Он вероятно должен знать. Но сообщение так ему не был доставлено, потому что в последний момент я передумала что-то говорить этому негодяю. Этот ребенок только мой.
Я представляла себя с большим животом или с коляской на прогулке. Молодые мамы такие милые. Детки в нарядных платьицах и с бантиками. У меня обязательно будет доченька, которую я буду одевать как куклу, и заведу блог как мама, но там не будет красивых несъедобных блюд. Там ежедневно будут появляться фото малыша. Моего малыша.
Да, бессознательно я уже приняла этого ребенка, и, минуя состояние шока, решила, что должна готовиться к ее рождению. Я словно ожила, проснулась, получила новый смысл жизни. Без Дэна, но его продолжением.
Впервые за несколько недель я засыпала спокойно. Кажется, маленькое солнышко, что поселилось во мне, оберегало мой сон. Я спала и видела свое будущее, навеянное вечерними фантазиями. Теплое, горячее, светлое.
- Зайди к отцу, - утром мама заглянула ко мне, и спугнула, я именно вертелась перед зеркалом, разглядывая свой живот.
Я впопыхах спрятала свое богатство под футболку и побежала в кабинет.
- Ситуация которая сложилась, требует обсуждения, - отец сидел в кресле, строгий и собраный. Мама зашла следом за мной. И присела на диван, предложив мне сделать то же самое. - Твоя беременность незапланированная и мы с мамой долго думали что делать.
Я подобралась, бессознательно складывая руки на животе. О чем он сейчас говорит?
- Сейчас такая ситуация, скоро выборы, - продолжил отец. - Известие о том, что моя дочь ведет аморальный образ жизни, существенно повлияет на мою репутацию.
Я оглянулась на маму, та покорно кивала.
- Если мое состояние необходимо держать в тайне до осени, это не такая уж большая проблема, - осторожно начала я.
- Нет. Беременность необходимо прервать.
Он сказал это так спокойно, будто решал вопрос о замене портьер в гостиной. Мне кажется, в уши набили ваты, я вдруг перестала слышать окружающие звуки, и только тошнота усиливалась и усиливалась.
- Я не хочу, - выдавила я. Голос звучал жалко, полоный страха.
- Тебя никто не спрашивает.
- Я не позволю копаться в своем теле никому! - я вскочила с дивана, мечтая оказаться в туалете, а еще лучше за миллионы километров отсюда.
- Доченька, успокойся, - мать дернула меня за руку. - Витя, ты напугал ребенка. Никто не будет что-то с тобой делать, - это уже было ко мне, и я выдохнула с облегчением. Возможно, мне удастся убедить родителей просто отправить меня куда-то далеко, где никто не узнает о моей нежелательной беременности, если они уж так боятся огласки. Но следующие слова матери убили мою надежду: - Мы сделаем инъекцию! Всего один укол, ты даже не почувствуешь ничего, и все, проблема рассосется сама собой. Это не страшно, - она со знанием дела улыбнулась мне.
Это был оскал смерти, от которого я отшатнулась.
- Я не хочу убивать ребенка, - я мотнула головой, стараясь не допускать слезы.
- Дорогая, это ребенок от кровного родственника, - мама говорила все так же подобострастно, пока отец сидел стиснув губы, так , что желваки играли.- Это будет калека, или, не дай Бог, умственно отсталое дитя. Зачем нам такой груз?
- Я готова его нести! - я попыталась прикрыть живот руками. Да, я не думала до этого о генетическом родстве между мной и Денисом. Но все равно, после услышанного, хотела дать ребенку шанс. И просто надеялась, что меня пронесет, и малыш будет здоров.
- Что ты сюсюкаешся, - не выдержал отец. - Я сказал аборт, значит аборт! Мне не надо, чтобы эти ужасные подробности твоей развратной жизни выплыли где-то через несколько лет, и какой-то пронырливый журналюга докопался до истины, и начал меня шантажировать, - он хлопнул ладонью по столу, так что какая-то папка упала на пол. - На завтра будь готова. Михайлович сделает тебе укол. Тема закрыта!
- Папа! - слезы покатились у меня по щекам, от понимания той жестокости, на которую они меня обрикають. - Ну, пожалуйста, папа, это же твой внук!
- Это урод, сын урода! И духа его не будет в моем доме! - отец наклонился за папкой. Но я видела, что он снова злой. Очень злой. На меня, на Дэна, я не знаю, но становилось ясно, что на самом деле он не простил Дениса, и стремится, во что бы то ни стало с ним поквитаться. А я просто инструмент. Снова.