К такому повороту событий я не готова.
– Я не готова, – шепчу мужчине. – Да и папа не обрадуется такому быстрому браку, это навредит его репутации, пойдут всевозможные сплетни, что я залетела, нет, Артур, это не лучшая идея.Давай сделаем все по-человечески. Подаем заявление, организуем пресс-конференцию, фотосессию…
Придумываю на ходу, как можно отсрочить брак. Мне нужно немного времени. Для того чтобы слить папу. А потом. Потом, Грусть и сам не захочет на мне жениться. Я уверена.
Я прощаюсь с Артуром, обещая ему обязательно позвонить по телефону. И убегаю от него. Уже по дороге понимаю, что идея с помолвкой не так уж плоха. Это отвлечет отца, он сосредоточится на событии и даст мне время.
Едва успеваю заехать в свою городскую квартиру, чтобы переодеться. И уже готова выходить, как в дверь кто-то звонит. Странно, потому что никто не знает, что я здесь.
Я безопасно открываю дверь и замираю. Денис.
Я хватаю ртом воздух. Не в состоянии скрыть недоумение.
– Что ты…
– Ты где ночевала, здесь? – он рычит, и подвигая меня в коридор, врывается внутрь квартиры и закрывает дверь.
Мгновенно накатывают упоминания. То, что было мертвым и погребенным под слоем пепла оживает, и снова обжигает меня.
- Не твое дело, братец, - я ехидничаю.
Но он свирепствует, прижимает меня к стене, заглядывая в глаза сверху вниз.
- Где ты была? – четко, по словам произносит мне в лицо.
– У своего жениха! – я пытаюсь оттолкнуть мужчину. С таким же успехом могла подвигать шкаф. Тогда остается только еще больше его разозлить. – Он мне сделал предложение, представляешь?– широко улыбаюсь. – Скоро свадьба!
– Нет, – Дэн говорит это тихо, я едва слышу его слово. И торжествующе улыбаюсь, замечая как темнеют его глаза.
А радужки цвета кофейной гущи становятся бездонными пропастями, когда Дэн прижимает меня к стене сильнее. Открывает своим телом по холодным обоям.
– Повтори, – я примерюсь, чтобы дать ему по яйцам. Но Дэн блокирует мой удар коленом. И мгновенно вклинивается ногой между моих ножек, вжимается своим коленом в ложбинку между бедер, это больно, грубо и так возбуждает.
Что за глупость!
- Ну пусти!
– Нет, Карамелька, – он втягивает воздух возле моей щеки, выражение лица становится хищным, злым и сексуальным одновременно.
– Ты заиграешься!
- Так останови меня! – он выплевывает эти слова мне в лицо, и резко увлекает мои губы своими.
Я проваливаюсь в глубокий колодец жажды. Словно ступила в огненную бездну. Как будто не было шести лет ада. Кусаю Дэна, но не отпускаю. Притягиваю к себе так крепко, насколько хватает сил, впиваюсь ногтями ему в плечи. Я хочу, чтобы ему было больно, но отпустить его выше моих сил. Безумный поцелуй без воздуха, от которого кровь вскипает, а мозг превращается в кисель.
Плевать на все. Есть только пульсирующая голодная киска, которая мечтает чтобы он вторгся в нее и высек очередной оргазм. Есть мои стоны, которые врываются в сознание, и больше разжигают. Есть треск моей одежды или Денового. Я впиваюсь в его волосы, тряхи киской о его ногу, извиваюсь, и целую так, как в последние в жизни.
Моя ненависть к нему сильнее любви, которая когда-то была. Но даже это – хорошее топливо для хити. Я безумна, готова прыгнуть в огонь. Пойдет ли Дэн за мной, в очередной раз запятнав себя аморальным поступком?
32 Денис
Я словно очутился в расплавленном золоте. Оно было повсюду, слепило, мешало дышать, заливало уши и сознание. Сердце билось набатом, а мозг упорно отказывался воспринимать Китти как родственницу. Для меня она все так же была вожделенной девушкой. Запретной, а оттого еще более привлекательной.
Я думал, что теряю ее. Пережитая ночь – это ад, который я сам себе сотворил в мозгу. И теперь у меня даже ноги подгибались от ревности и облегчения.
Карамелька так доступна. Только сделай более решительный шаг, и он уже готов на все.
Однако я заставил себя остановиться. Даже не представляю, каким образом. Но я оттолкнул себя от сладких губ, тяжело втягивая воздух. Перевел взгляд на Китти. Поцелованные покусанные губки победно улыбались:
– Никогда не говори «А», если не готов сказать «Б», – низким голосом пробормотала она, издеваясь надо мной.
В ее глазах плескалось безумие. Я должен был отступить еще на шаг. Не понимаю, играет ли она, или искренняя.
– Ну если твой приступ ревности закончился, – Китти облизала нижнюю губу, от чего у меня сжались яйца и все внутренности сделали кульбит. Может, и зря я стараюсь держать себя в руках. – Так я переоденусь, и работать.