– Ясно, – разговор неустанно близился к концу. Каждый останется при своем. – Должен сказать, мне это нужно, сказать. Чтоб ты знал. Я не хотела причинять тебе боль.
- Я услышал, - Артур помимо воли перевел взгляд на часы. Спешит? Пытается ли меня деликатно обжигаться? И вдруг спросил: – Что ты будешь делать теперь?
- Дэн подарил мне щенка, - невпопад ответила я, думая что маленький подлец уже должен где-то напугать на ковер.
– Не очень хочу знать о ваших отношениях. Но думаю для человека с поломанной ногой щенок не самый лучший подарок, - поморщился Артур.
– Я сказала ему то же самое. Он… – А что я ему собственно хочу объяснить? Что Дэн непредсказуем, смешон и одновременно лучший из всех, кого я знала?
– Ты любишь его? – вдруг спросил Артур.
И я кивнула. Признаваясь самой себе, а не Артуру. Это было как результат моих размышлений. Что удивило меня саму.
- Это сильнее меня. И это хуже всего в моей жизни. Каждый раз, как он появляется, я оказываюсь на грани жизни и смерти, – медленно объяснила я. И не добавила, что он и так же все самое лучшее, что в моей жизни было. И я готова умирать снова и снова, лишь бы он был рядом.
– Он хотел сдать кровь тебе, – вдруг выдал Артур. – Но его группа не подошла.
– Что? – я погрузилась в свои переживания, и вдруг такое.
Артур объяснил, что разговаривал с лечащим врачом. После операции мне нужно было переливать кровь, и Дэн тоже вызвались помочь. Но его отшили.
– У тебя первая группа, я тоже хотел тебе помочь, но у меня вторая, в то время как у твоего брата четвертая, – объяснил Артур.
- Это... - я не понимала на генетике. – Это может о чем-нибудь говорить?
– Вам виднее, – пожал плечами Артур и снова взглянул на часы.
- Хорошо, я рада, что мы смогли цивилизованно поговорить, - я встала. – Слышала ли ты встречаешься с той девушкой, о вас писали в газетах.
– Да. И у нас все серьезно, – не стал отпираться Журба.
– Рада за тебя, – я улыбнулась ему. Человек, который так и не стал моим. Надеюсь, они с той рыжей будут счастливы. – Я пришлю приглашение на благотворительный аукцион, мы собираем денежные средства для больных меланомой. Надеюсь, ты придешь.
Я хлопнула первое лучше, и вышла из кабинета. В голове крутилось только что услышанное. Какой там психотерапевт, если вдруг появился шанс…
Я набрала номер телефона знакомого врача.
– Мне немедленно нужна консультация гематолога! – чуть не задыхаясь выкрикнула я. Врач испугался, что у меня проблемы и какое-то новое заболевание. – О, нет, не потому, но есть вопросы, – я успокоила его, и стала ждать СМС с номером нужного мне специалиста.
41 Денис
Я так завертелся после выписки из больницы, что совсем забыл об обещании Юрке окрестить его малыша. Собственно жизнь, стремительно вырвавшаяся из-под моего контроля, беспокоила меня гораздо больше.
Разговор с Китти просто что-то перевернул в моем сознании. Заставила осознать, что на самом деле наша свобода, за которую мы так уверенно держимся – только иллюзия, прикрывающая эгоизм. Нельзя построить отношения, при этом сохраняя полную независимость. Но можно иметь свободу вступать в них или отказываться.
И каждый наш поступок как камень брошен в воду. Так сказала Китти. И я не мог не согласиться с ней. Я считал, что поступаю верно, даря девушке одиночество. А на самом деле совершил самую большую ошибку. И если какие-то другие ошибки легко исправить извинениями или добрыми поступками, то задница в которой мы оказались, она ничем не исправится. Ее можно пережить, боль притупить и заглушить. Но прошлое не изменить. Не существует волшебной резинки, которая вытрет из памяти боль пережитой потери.
Звонок от Юрки застал меня неожиданно. Он сообщил, что крестины уже завтра. Не знаю, почему они раньше меня не пригласили хотя бы на пир. Возможно, считали, что после ДТП я предпочитаю побыть одному.
Я записал адрес церкви, и отправился на поиски журналиста.
К просьбе Карамельки я отнесся очень ответственно. Хотя, на мой взгляд, нужно было действовать не так мягко. Бойчук скользкий тип, что выкрутится из любой ситуации. Я не верил, что огласка о его махинациях нанесет депутату значительный ущерб.
Мне просто хотелось натолкнуть старый рожу. За все сломанные судьбы. За маму, за Китти… Но я дал себе слово не делать больше глупостей. Ради Китти.
Потому попытался связаться с Вербицким. Назначил встречу, которая должна была состояться после крестин, и целый день посвятил работе со спортивной школой, параллельно игнорируя Зою.