Ладно. Это не критично. Квартира светлая, уютная, чистая. И главное — с соседкой, которая ещё даже не появилась, я наверняка найду общий язык. Взрослые же люди, в конце концов. Договоримся, установим правила, разделим территорию. Всё будет нормально.
Наруто жалобно мяукнул из переноски, напоминая о своём существовании.
— Ладно, ладно, выпускаю, — я поставила переноску на пол и открыла дверцу. — Добро пожаловать в наш временный дом, Наруто. Постарайся вести себя прилично.
Я выбрала комнату поменьше, ту, что в глубине квартиры. Она казалась уютнее, и главное — не была проходной. Можно будет спокойно работать в наушниках, не вздрагивая каждый раз, когда соседка будет шастать мимо моей арки на кухню или в ванную.
Быстро развесила вещи в шкафу, поставила лоток для Наруто в туалете. Он тут же отправился инспектировать новое место и остался доволен, деловито покопавшись в наполнителе. Потом сбегала в ближайший магазин и затарилась стратегическими запасами: гречка, дешёвые сосиски, масло, белый хлеб, банка маринованной капусты. Надо же есть хоть какие-то овощи, а это самый дешёвый вариант. В последний момент, проходя мимо полки с консервами, меня накрыло внезапное желание купить шпроты. Я даже не люблю их особо, но почему-то именно сейчас мне безумно захотелось положить их на хлеб с маслом и запить чаем.
Вернувшись в квартиру, я быстро поужинала: сварила гречку и закинула в неё порезанную сосиску. Наруто получил свою порцию корма и с аппетитом хрустел в углу кухни.
В квартире было жарко. Батареи работали на полную мощность, видимо, компенсируя все неудобства пострадавшим от потопа жильцам. Я переоделась в лёгкую пижаму — короткие шорты и майку — и решила, что пора создавать новогоднее настроение.
Включила на телефоне новогодний плейлист. «Last Christmas» Wham! наполнил квартиру праздничным духом. Маленькую искусственную ёлочку поставила у себя в комнате на подоконнике. Одну гирлянду развесила по стене над кроватью. Уже лучше.
Но кухня выглядела слишком уныло. Надо исправлять.
Я достала вторую гирлянду с длинными свисающими нитями огоньков. Забралась на подоконник, держа в одной руке гирлянду, в другой — рулон скотча. Высоковато. Руки сразу начали затекать от неудобного положения. Приходилось тянуться вверх, прижимая гирлянду к верхнему краю оконной рамы и одновременно отрывая кусочки скотча зубами.
— Ну, давай, давай, — бормотала я себе под нос, прилепляя очередной кусок. — Ещё чуть-чуть.
Джордж Майкл пел про разбитое сердце, а я упорно цепляла огоньки, балансируя на узком подоконнике. Одна нить. Вторая. Третья. Рука занемела, плечо затекло, но я продолжала уже из принципа.
Наруто сидел на полу и с интересом наблюдал за моими акробатическими номерами, недоумевая, зачем его хозяйка карабкается по стенам.
— Ради красоты, Наруто, — пояснила я, закрепляя предпоследнюю нить. — Ради новогоднего чуда.
Осталась последняя нить. Я уже потянулась за ней, когда в коридоре раздался звук ключей, поворачивающихся в замке. Шуршание. Кто-то вошёл в квартиру.
Соседка.
Я замерла на подоконнике, держа в руках гирлянду. Можно, конечно, слезть, пойти знакомиться, как воспитанная девочка. Но осталось совсем немного, буквально одна нить. И если я сейчас опущу руки, я их уже не подниму. Мышцы и так воют от боли.
— Ладно, — прошептала я. — Сначала доделаю, потом познакомлюсь.
Всё равно соседка наверняка сейчас снимает верхнюю одежду, разувается. Пока дойдёт до кухни, я уже закончу. Пара минут ничего не решат.
Я потянулась за последней нитью огоньков, оторвала зубами кусок скотча и попыталась прилепить его к стене. Скотч прилип к пальцу. Потом ко второму пальцу. Потом завернулся липкой стороной внутрь и превратился в бесполезный комок.
— Да ладно тебе, — прошипела я, отрывая новый кусок.
Снова потянулась. Пришлось встать на самый край подоконника, практически на цыпочки, чтобы дотянуться до нужного места. Рука дрожала от напряжения. Наконец скотч прилип куда надо. Я прижала гирлянду посильнее, проверяя, держится ли.
— Есть! — выдохнула я, довольная собой.
Я уже хотела спускаться, когда носок зацепился за самый край этого проклятого подоконника. Я дёрнула ногой, пытаясь высвободиться, но ничего не получалось. Чёрт. Пришлось перенести весь вес на другую ногу и аккуратно потянуть застрявшую. Наконец получилось. Я уже торжествующе усмехнулась и облегчённо выдохнула, как опорная нога предсказуемо соскользнула с гладкой поверхности подоконника.
И я полетела вниз.
Руки взметнулись вверх сами собой, пытаясь ухватиться хоть за что-нибудь: за раму, за штору, за воздух. Глаза зажмурились инстинктивно. Но равновесие было безвозвратно потеряно. Гравитация сделала своё дело, законы физики оказались сильнее моих попыток удержаться.