- Раздевайся, - бросает он коротко, глядя при этом на нее с презрением. А потом цинично добавляет:
- Красиво раздевайся.
Она замолчала на полуслове и не сразу поняла о чем он, настолько была сосредоточена на попытке доказать свою невиновность. Даже подумала, что ослышалась. Но он от ее сомнений камня на камне не оставил. Алена все правильно расслышала и его намерения правильно поняла.
- Если хочешь увидеть сына, придется постараться. Да тебе и не привыкать, ты же шлюха. – Шубин говорил растягивая слова, даже не думая выбирать выражения и ясно давая понять, кто здесь хозяин положения. – Так что приступай. Надеюсь, минет ты в состоянии сделать, хотя очень долго и прикидывалась паинькой. – Он чуть ослабил ремень на брюках, как бы наглядно показывая, что именно она должна делать.
- Саша, что ты говоришь? – Алена ничего не понимала. За что он так унижал ее. – Ведь я твоя жена. – Но лучше бы она не напоминала ему об этом. Его взгляд из презрительного вмиг стал злым. Он смотрел на нее почти как тогда, в подвале, с ненавистью. Шубин медленно поднялся и подошел к ней. А она невольно отступила, испугавшись его бешенного горящего взгляда. Но он удержал ее, крепко схватив за руку повыше локтя.
- Какая ты мне жена? Забудь об этом. Ты ничто, даже меньше, чем ничего. – Слова звучали жестко, хлестко, будто впечатывались в мозг, действительно не давая надежды на то, что когда-нибудь она их забудет. А потом он ее ударил, сильно. Она едва сумела на ногах удержаться. А вот этого уж точно никогда не забудет. Алена провела ладонью по губам, почувствовав на них кровь, и посмотрела на Шубина также с ненавистью. Но он только нехорошо усмехнулся. Казалось, это и была его цель, чтобы у нее не осталось никаких иллюзий.
Он снова вернулся в кресло, уселся, широко расставив ноги при этом. Расстегнул на груди рубашку.
- Давай, поторапливайся. А то я могу и передумать.
Алена резко развернулась и бросилась к выходу, но уже возле самой двери также внезапно остановилась. Уйти сейчас, для нее было сродни самоубийству. О надежде увидеть сына можно будет забыть навсегда. Понимая это, она буквально взвыла, обрушив сжатые кулаки на твердую поверхность, а затем прижавшись к ней всем телом. Но, потом, собрав всю свою волю, отлепилась от двери, вновь развернулась и медленно пошла обратно. Остановившись прямо напротив Шубина, Алена начала раздеваться, глядя на него с еще большей ненавистью. И уже не сомневалась – муж ее не остановит и не скажет, что все это просто неудачная шутка. Он же смотрел на нее с насмешкой, чуть прищурив при этом глаза. Значение этого взгляда читалось без труда – тебе некуда деваться, будешь делать то, что я прикажу. Дрожащие руки не слушались ее, но Алена продолжала расстегивать пуговицы на блузке.
- Когда-нибудь, ты об этом сильно пожалеешь, - произнесла она сквозь слезы.
Шубин, щелкнув зажигалкой, прикурил сигарету, сильно затянулся и проговорил, наблюдая за ее действиями:
- Ты даже не представляешь, насколько я пожалел, когда узнал, что женился на потаскухе.
Алена стояла какое-то время, полностью обнаженной перед ним, а он просто смотрел на нее, продолжая курить. И вдруг она увидела что-то такое в его глазах, мелькнуло и исчезло. Будто отголоски того, как когда то он смотрел на нее. Но Шубин вскинулся, выпуская дым сквозь неплотно прикрытые губы, как бы избавляясь от последних скудных воспоминаний и остатках каких-то чувств к ней, безусловно, еще живших в нем и возможно даже в какой-то мере болезненных для него. И тут до Алены дошло, зачем Шубин ее позвал сюда. Да все просто, избавиться от всего этого, ненужного, как он считал, теперь для него. И дальнейшие его действия и слова только подтвердили правильность ее догадки.
- Поспеши милая, я ведь могу и передумать. Кто знает, может больше и не отвечу на твой звонок. В нашем городе полно шлюх.
Алена медленно подошла к нему почти вплотную и, опустившись на колени, стала расстегивать ремень на его брюках все еще дрожащими и непослушными пальцами. Александр откинулся поудобнее в кресле, прикрыв при этом глаза. Ее же движения были неуверенны, неубедительны и явно неловки, что видно ему совсем не понравилось. Он вдруг выпрямился и, схватив ее за волосы, заставил поднять голову и посмотреть на него.
- Мне тут детский сад не нужен. Или ты делаешь все как надо, или уматывай. – А потом помог ей, продолжая держать ее голову и буквально нанизывая на себя, отчего Алена чуть не задохнулась, и крупные слезы потекли из глаз.
- Привыкай милая, - он снова закрыл глаза, но ее волосы при этом не выпустил.
На следующее утро она просыпалась мучительно, медленно открывая глаза. Шубина уже рядом не было, и она откровенно про себя поблагодарила бога. Хотя, бог в эту безумную ночь явно ее оставил. Алена попыталась подняться, но тут же рухнула обратно на постель. Все тело болело, будто ее избили. А возможно так и было. Теперь она уже во все могла поверить. А не помнила до конца, все, что было этой ночью, только потому, что в какой-то момент, не выдержав всего происходящего, просто хватила полстакана водки, и возможно только это ее и спасло от того, чтобы не свихнуться. А сойти с ума было от чего.