— Готова?
— Нет, — поджилки трясутся. Помню, Игорь не жалел и врезался в меня, поэтому избегаю такие развлечения.
Осторожно катаюсь вдоль периметра, не стремясь в гущу событий. Даже десятилетние мальчишки резвее гоняют и гогочут. Влад не отстает от них, но контролирует ситуацию. Все же он замечает мое отсутствие и легонько выталкивает машинку в центр, мастерски управляя своей. Вот тут начинается катастрофа: остальные замечают новую жертву и набрасываются скопом, пока главный зачинщик остается в стороне. Наверное, девичьи вопли и визги слышны посетителям в радиусе километра. Наконец, пытка заканчивается, и я пулей вылетаю за предел автодрома. Влад довольный выходит следом:
— Ну как, понравилось?
— Шутишь?! Бр-р-р. В следующий раз ни за что не поведусь на твои красивые глазки. Теперь у меня стресс!
— Пойдем, — приобнимает за плечи. — Будем снимать стресс.
Тормозим возле палатки с угощением, дизайн которой напоминает воздушный зефир. Для меня Влад покупает огромный рожок с любимыми шариками лимонного и фисташкового мороженого, себе — стаканчик Гляссе. С удовольствием уплетаю сладость и жмурюсь на закатное солнце, дурашливо болтая свисающими со скамейки ногами. Легкий ветерок играет с пышными кронами деревьев, слышен щебет птиц. Внутри штиль и умиротворение.
— Как ты в жару пьешь кофе?
— Нормально. Там тоже добавлено мороженое, — он расслабленно откидывается на деревянную спинку. — И потом, если мне станет жарко, в машине всегда есть кондиционер, — легонько щелкает по носу и замирает. Позже звучит стон, который оказывается полной неожиданностью: — Можешь так его не облизывать?
— Можешь не видеть во всем сексуальный подтекст? — передразниваю.
Если поначалу я ничего такого не планировала, то теперь нарочито медленно прохожусь кончиком языка по светло-желтому подтаявшему и мягкому шарику, блаженно опускаю веки и довольно мычу. Когда распахиваю глаза, Влад в той же позе безотрывно наблюдает и тяжело сглатывает. Это тебе за машинки. Естественно, триумф не длится долго и заканчивается полным провалом: вафельный кончик намокает, и на юбку падает несколько бледно-зеленых капель.
— Блин-блин, — отдаю мороженое обалдевшему Владу и спешно достаю из сумки влажные салфетки. С моим везением и неуклюжестью без них нельзя выходить из дома. К сожалению, салфетки не помогают, лишь размазывая и увеличивая кляксу на ткани.
— Я испортила сарафан, — прискорбно отмечаю. Настроение тут же скатывается в тартарары.
— Не расстраивайся, пятно практически не видно, — Влад пытается утешить.
— Ну конечно, это же я. Было бы странно, если бы ничего не случилось.
— Не преувеличивай, — он не сдается. — Смотри, коленки целые, ты не упала и ничего не повредила.
— Потому что мы не пошли кататься на роликах или велосипеде, иначе гарантированно все было. Это ничего не значит.
— Так, — он выбрасывает в урну стаканчик с остатками рожка, поднимает меня и крепко обнимает. — Сейчас выбираешь аттракцион, и мы продолжаем развлекаться.
— Можно? — слезы подошли к опасной границе и намереваются хлынуть.
— Нужно!
— Пойдем на колесо обозрения? — поворачиваюсь в сторону огромной металлической конструкции.
— А нельзя что-нибудь другое? — нервно косится наверх.
— Очуметь! Владислав Юрьевич Керимов чего-то боится?!
— Угу. Представляешь, Крис, высоты, — с досадой кривит рот.
Такого поворота я не ожидала. Сдерживаю упрямо рвущийся наружу смех, чтобы не обидеть.
Влад с опаской залезает внутрь прозрачной кабинки вслед за мной и мертвой хваткой вцепляется в поручень. Видок у него, прямо скажем, не очень, поэтому забираю вспотевшую ладонь в свои руки. На высшей точке он зажмуривается:
— Когда это закончится?
— Еще столько же, — становится жалко парня.
— Ради тебя потерплю, — приоткрывает глаз и озирается. Я лишь сочувствующе вздыхаю.
Чем ближе земля, тем больше Влад приободряется. Конечности не полностью слушаются его, но желание вернуться на твердую поверхность пересиливает. За храбрость целую своего рыцаря:
— Вот почему не захотел по связанным простыням лезть меня спасать. Нашелся твой третий недостаток! Если можно так сказать.