— Ладно, не буду мешать, — спустя время обнимаю его со спины.
Когда уже хочу отстраниться, он хватает за предплечья.
— Поздно, я тебя поймал, — голос Влада меняется с расслабленно-ленивого на глубокий бархатистый.
— Как же работа? — жалобно пищу, зажатая в тисках.
— Подождет. Указания раздал, совещание провел. Сейчас меня гораздо сильнее интересует одна легкомысленная девочка, решившая поиграть со взрослым мальчиком и не подумавшая о последствиях.
Не успеваю ахнуть, как оказываюсь закинутой на плечо. Как хищник тащит добычу в берлогу, Влад уносит меня в спальню и опускает на кровать.
— Попалась, Красная шапочка!
Смеюсь в ответ. Он что, мысли читает? Веселье пропадает, стоит ему раздеться. Подтянутое тело вызывает желание облапать и облизать его всего. Обтягивающие трусы с выпирающим бугром доходчиво обозначают намерения хозяина. Крепкие мужские руки без труда избавляют меня от длинных шорт и футболки.
— Крис, ты издеваешься?! — страдальчески выдает он, завидев полупрозрачные стринги и верх.
О да, я все утро придирчиво выбирала наряд, в котором намеревалась соблазнять своего парня. Очень уж понравилось, как контрастировала яркая фиолетовая ткань с молочным цветом кожи. Встаю на колени и пальчиком заманиваю его на кровать. Влад грозно щурит потемневшие глаза, ставшие изумрудными, будто предрекая скорую расплату за хулиганство. Поравнявшись со мной, расстегивает лиф и дразнит языком, проводя по кончику соска. С любопытством предвкушаю следующие действия.
— Ай! — вот и наказание. Он кусает розовую вершину.
— Маленькая проказница. Если бы знал, то ни за что не выпустил тебя в таком виде.
— Под свободной одеждой никто не видел.
Ложусь и сама стягиваю трусики. Конечно, при дневном свете я чувствую себя некомфортно, но голодный взгляд Влада, нависшего сверху, заглушает любые сомнения. Он целует сразу неистово и властно, губы расправляются с моими, не позволяя ни малейшей вольности. Нетерпеливые пальцы скользят от ключиц к груди, играют с затвердевшими горошинами, легкими касаниями очерчивают плоский живот и одновременно щекочут. Запускаю руку в его волосы, второй упираюсь в подушку, чтобы приподняться. Оставляю влажные поцелуи на выпирающем кадыке, за ухом, облизываю и посасываю мочку, вырывая одобрительное «о да, милая».
— Больше не могу терпеть, — перекатывается и освобождается от трусов.
Последние приготовления и круглая головка, облаченная в латекс, прижимается к набухшим от возбуждения складочкам. Сама того не желая, напрягаюсь и зажмуриваюсь от ожидания боли во время проникновения. Но ее нет, только ощущение заполненности. Влад входит уверенно до самого основания. Каждой клеточкой ощущаю его внутри. Мы тесно прижимаемся, отчего чувствительные соски трутся о его торс. Ритмичные фрикции доставляют постепенно нарастающее удовольствие.
— Давай немного иначе, — стягивает меня на край матраса, так, что пятая точка свисает, и пристраивается спереди. Он фиксирует правую ногу, плотно прижав к своему бедру, а левую закидывает на плечо более свободно.
— Я боюсь упасть!
— Кристин, я всегда тебя удержу, — и кажется, он не только про позу.
Все же страх не отпускает, поэтому цепляюсь за сбившуюся простынь. Первый же толчок под другим углом, и глаза закатываются от новых ощущений. Я слабо замечаю выражение лица Влада, растворившись в собственных эмоциях. Темп увеличивается, у обоих сбивается дыхание. Я поскуливаю от экстаза и приближаюсь к разрядке. Влад, будто снова читает мои мысли и потирает клитор.
— Ах, да-а-а, — оргазм накрывает мощной волной наслаждения. Еще сильнее впиваюсь в скользкую серую ткань не в силах совладать с собой.
— Кри-и-ис, — с протяжным стоном Влад наваливается сверху.
Обняв его, разделяю и прочувствываю эти мгновения с ним. Позже Влад помогает мне вернуться на кровать, избавляется от презерватива и ложится рядом, прижавшись со спины. Сейчас мы два потных, разгоряченных тела с желе вместо мозга. Я так точно не способна адекватно мыслить и воспринимать реальность. Расслаблено глажу ладонь его руки, на которой лежу, а он перебирает спутавшиеся локоны. Я совсем перестала их выпрямлять. Как же быстро привыкаешь не одергивать себя постоянно, не контролировать каждую мелочь во внешнем виде, нравиться себе, а не кому-то.
— Пойдем в душ? — Влад вырисовывает круговые линии на животе.
— Вместе? — правильно понимаю намек.
— Угу, — он спускается к промежности. — Хочу тебя сзади, — откровенность только сильнее распаляет желание.
Пока он настраивает температуру воды, осыпаю поцелуями лопатки, сжимаю обнаженные ягодицы. Влад лишь фыркает.