Правда, сбежала недалеко. Буквально через полчаса, оказалась в квартире Шубина, от которой у нее имелись ключи. Домой сейчас идти ей бы и в голову не пришло. Там был Максим с няней и пугать сына она совсем не хотела. А то, что Шубин будет искать ее, Алена не сомневалась. Однако, выждав совсем немного, она сама ему позвонила, еще не хватало, чтобы он сейчас в таком состоянии к ней домой заявился. Наверняка, он в бешенстве. Его реакция была вполне предсказуема. Но она отчего то была спокойна и дала Шубину сказать, все, что он думает о ней и о ее бегстве. Алена лишь слегка трубку отодвинула от уха, а когда поток ругательств стих, спокойно произнесла:
- Если поспешишь, сможешь все это сказать мне в лицо. Я у тебя в квартире. – Голос звучал невозмутимо. Наступила пауза. Видно Шубин пытался переварить услышанное, и это ему удалось не сразу. Поверить в то, что Алена вот так добровольно, не боясь, сама пришла к нему, зная его реакцию, было действительно трудно. И она его понимала. Сама от себя такого не ожидала. Видно в какой-то момент чувство самосохранения напрочь покинуло ее. Придя все же в себя, он стал было и дальше ей грозить, но она отключилась.
Алена сидела в гостиной возле стола и курила, когда он буквально ворвался в квартиру, принеся с собой первую морозную свежесть. Без пальто, с ослабленным галстуком, Шубин стоял, почти нависая над ней. Одной рукой оперевшись о стол, а другой, держась за спинку стула, на котором она сидела.
- Что ты себе позволяешь? Ты что, забыла свое место? Так я тебе напомню, – выговаривал он ей грозно. Но она делала вид, что ее совсем не волнует его настроение. Посверлив ее еще какое-то время недовольным взглядом и понятное дело, прибывая в легком недоумении от ее спокойствия и явного игнорирования его гнева, он все-таки выпрямился и, пройдя к шкафу, достал бутылку коньяку и плеснул себе в бокал. А потом сел напротив Алены, которая молча наблюдала за его действиями. Шубин одним движением опрокинул в себя коньяк, и, поставив стакан на стол, уставился на нее ненавидящим взглядом, на который ей было плевать. К этому она уже давно привыкла. Алена вдруг внимательно посмотрела на него и, медленно затушив сигарету в пепельнице, неожиданно произнесла:
- Саша, послушай, мы можем поговорить спокойно? – Ее слова звучали по-доброму, почти ласково. Как и ожидалось, ее тон не произвел на Александра должного впечатления. Злая усмешка искривила его губы.
- Интересно, и что ты такого можешь нового мне сказать?
Алена явно собиралась с духом, но ей было очень тяжело и все же, пересилив себя, она произнесла, как можно убедительней, потому что знала, этот раз точно будет последним:
- Саша, я клянусь, я ни в чем не виновата перед тобой. Я не понимаю, как ты мог даже мысль допустить, что я тебя предала? Просто поверь, без всяких доказательств. Как своей жене, как той, которая любила тебя больше всего на свете и которую ты любил. – Трудно было понять, зачем она добровольно шла на очередное унижение и почему для нее это было так важно? Зачем непременно хотела дать ему этот последний для него шанс?
Его глаза яростно сверкнули, он даже вперед поддался.
- Что? Что ты сказала? – спросил он так, будто действительно не расслышал, что она сказала. И снова выпрямился и даже головой в недоумении помотал. – А знаешь, меня даже восхищает твое упорство. Тебе бы в карты играть. Блефовала бы направо и налево со своим невинным взглядом. Я уверен, многие бы купились. Правда, со мной ты просчиталась. Потому что все основные козыри у меня на руках.
Алене теперь уже с трудом удавалось сдержать свои эмоции. Все напрасно. Последняя попытка, как и все предыдущие, оказалась такой же неудачной. Да она, по большому счету и не надеялась. Алена встала и тоже налила себе немного коньяку. Но выпить не успела. Шубин вмиг оказался возле нее и, схватив за плечи, с силой развернул к себе, но ей не хотелось видеть его горящего взгляда и она, отвернувшись, сделала попытку вырваться, но он крепко держал ее за руки.