— Это так заметно? — Я кивнула.- Жаль, что ты только плохое видишь…
— Это не ответ на вопрос.
— А я не хочу говорить об этом.
— А о чем хочешь? — Хотя и так было понятно, что он сейчас ни о чем не хочет говорить.
— О тебе и обо мне.- Я удивленно приподняла бровь.- Я тебя сильно обидел?
— А ты считаешь, что нет?
— Прости меня…- Он протянул ко мне руку и удивлено вытаращилась на него.- Я просто идиот…- И вот тут я вообще потерялась… Он просит у меня прощения, признается, что был неправ… Что вообще происходит? Я протянула руку ему в ответ, и он сжал мою ладонь и потянул на себя. Я пересела к нему на колени, он обнял меня и прижался, как дети маленькие прижимаются к своей маме, когда им очень обидно и больно. Он умостил свою голову у меня на груди и его горячее дыхание приятно щекотало мою шею. Мы сидели так обнявшись и прижавшись друг к другу довольно долго. Я гладила его волосы, плечи, спину и понимала, что я готова вот так просидеть с ним всю жизнь. — Только в твоих объятых мне так спокойно и хорошо.- Я замерла, не веря тому, что слышу.- Я все думал, что это из-за того, что никогда такого не чувствовал ранее ни с одной женщиной, но нет. Только ты смогла мне дать ощущение полноценности. Рядом с тобой все становится такое мелкое и незначимое. А когда я тебя вот так держу в свои руках, то кажется, что я могу горы свернуть ради тебя.- Он выпрямился и посмотрел мне в глаза.- Что это, Мина? — А я не могла и слова выдавить из себя. Он признается мне в чувствах, а я как дура молчу. А потом что-то горячее я почувствовала на своей щеке. Я подняла руку и коснулась своего лица. Оно было влажное от слез. Я плачу? Но почему?
— Это любовь? — Дрожащим голосом спросила я. Он вытер мои слезы пальцами, но вместо ответа, Кунсайт снова обнял меня, уткнувшись носом в шею. А когда и я его обняла, запуская пальцы в его волосы, он гулко «угукнул».
— Я тебя тоже….- Прошептала я и он снова угукнул.
Никогда ранее я не была так счастлива, как в этот миг. Я даже представить себе не могла, что любовь, это вот такое чувство странное, когда нет ничего в мире важнее чувствовать, как твой любимый улыбается, обнимая тебя. А ты хочешь просто раствориться в нем.
*****
Когда мы шли обратно взявшись за руки, я думала, что ничего плохого уже не может случится, но я так ошибалась. И вот чем ближе мы подходили к отелю, тем сильнее у меня было нехорошее предчувствие. Я все списала изначально на то, что просто не хотела возвращаться, потому что боялась, что, вернувшись в номер, Кунсайт перестанет быть таким милым и романтичным и снова станет вредным и стервозным.
Мы остановились напротив двери нашего номера и Кунсайт, ощупав карманы шорт, растеряно посмотрел на меня.
— Я, кажется, ключ в номере оставил.- Я достала свой из сумочки и протянула ему.
Он чмокнул меня в макушку и открыл дверь, пропуская меня вперед. Номер у нас был двухкомнатный, поэтому я прошлась к дивану и увалилась на него. Кунсайт собирался в душ. Меня охватило дикое желание, когда я представила его в полотенце, я вскочила с дивана и обняв его со спины прижалась к нему. Он подхватил меня под попу, страстно целуя и понес в спальню, но когда он шагнул в спальню вместе со мной, то обалдели мы оба. И хотя мы вроде расставили все точки над i, меня опять охватила дикая злость. На кровати в нижнем красном белье лежала Берилл.
— Какого хрена? — Порычала я, спрыгнув с его рук.
— Мне тоже интересно…- Растерянно оглядывая ее, произнес Кунсайт.- Ты что тут делаешь?
— Ты не рад меня видеть? — Берилл села и, не стесняясь меня, сняла лифчик. Я отвернулась, потому что мне было безумно стыдно смотреть на ее сиськи. А ей их показывать, видимо, совсем было не стыдно.
— Девочка, ты можешь идти, мы и без тебя прекрасно разберемся.- Пролепетала Берилл, принимая более сексуальную позу, демонстрируя свои престарелые сиськи. Усаги много чего мне рассказала об этой женщине и Кунсайте, когда мы в перерывах с ней пили кофе на крыше офиса. Берилл Йендо была старше Кунсайта на 12 лет. И, если ему сейчас 34 и выглядит он просто великолепно, то этой дамочке уже 46 и да, для своих лет она, конечно, выглядит супер, но для 46-летних мужчин. Рядом с Кунсайтом ее возраст сразу становится виден во всем. Я посмотрела на Накамуру и, столкнув его руку со своего плеча, вышла из спальни.
— Ты что… Минако! — Крикнул он мне вдогонку. Ну вот зачем он так делает? Я села на диван и схватилась за голову. Что он делает? И главное, почему со мной все это происходит? — Минако! — Его голос над моим ухом напугал меня.
— Не смей ко мне прикасаться! — Прорычала я, когда он взял меня за руку. Он изумлённо уставился на меня.- Кун, зачем ты это делаешь? — Я схватила его за ворот рубашки.- Это доставляет тебе удовольствие?
— Мина, о чем ты? — Он аккуратно отцепил мои руки от себя.
— Ты делаешь мне больно, и наслаждаешься, когда видишь, как я страдаю? Ну зачем? Что я тебе такое сделала, что ты так надо мной издеваешься? — Я видела, как ему было больно это слышать, но в ту минуту мне казалось, что это просто игра, манипуляция чувствами и эмоциями.
— Мина, ты думаешь я ее позвал сюда? — Он удивлённо посмотрел на меня и я на минуту поверила, что он тоже был удивлен приезду Берилл.
— Неужели она за тобой следит? — Я передразнила его манеру разговора. Он прикрыл глаза, понимая, что я не верю ему.
— Минако, что мне сделать, чтобы ты поверила, что я не имею к этому отношения? — Он все же взял мои руки в свои и поцеловал. Я опустила глаза и увидела, что Кунсайт стоит передо мной на коленях.
— Выгони ее! — Строго сказала я и указала рукой на дверь в спальню, где появилась Берилл. Она все так же была только в кружевных красных стрингах, красных чулках и черных лаковых туфлях на высоченной шпильке. Видимо, это нравилось Кунсайту и чтобы точно не пролететь в этот раз, она решила сразу бить его по слабому месту-любви к сексу. Накамура выпрямился, глядя на нее, а я взглянула на его пах-ничего компрометирующего. Это очень радовало меня.
— Это ты должна уйти! — Строго сказала Берилл и пошла к Кунсайту, который какого-то хрена стоял, втянув язык в жопу.
— Это ты уйдешь! — Наконец произнес он, когда Берилл подошла к нему и попыталась обнять.
— Что? — Она удивленно вскинула брови и уставилась на его лицо.
— Уходи, Берилл, тебе здесь не место. Прошу тебя! — Кунсайт говорил уверенно и спокойно, что давало мне надежду, что он действительно не приглашал ее.
— Но…- Она стала цепляться за его руки и одежду, а Кунсайт сталкивал их с себя, пытаясь оттащить к двери и уговаривая уйти по-хорошему. Я не выдержала и, подскочив с дивана, схватила ее за волосы. Она наклонилась, боясь, что прорежу ее шикарную шевелюру, и стала орать, чтобы я отпустила ее волосы, но я была настроена решительно-я потащила ее к двери и, открыв вышвырнула в коридор в чем она была, и захлопнула дверь. Я стояла и смотрела на запертую дверь, понимая, что, наверное, я опять сделал то, что заставит Кунсайта злиться на меня. Но я боролась за свое-он сам мне сегодня сказал, что он мой. Я развернулась к Кунсайт и посмотрела на его растерянное лицо.
— Ты чего стоял и сиськи мял? — Прорычала я.
— Ничего я не мял! Я пальцем ее не тронул! — Строго ответил он.
— Это образное выражение.- Глядя на него прорычала я.- Когда стоит человек, — я пошла к нему, — и язык в жопу втянул, молчит и смотрит, как на него вешается другая голая баба! — Прокричала я ему, когда подошла ближе.
— Ну, Мина, я не мог ее так выкинуть за дверь! — Я хмыкнула.- Меня отец научил никогда не делать женщинам больно и не применять к ним силу!
— А издеваться над женщинами, говоря им, что любишь, а потом притаскиваешь в номер свою бывшую, этому тебя тоже отец научил? — Я задрала голову, чтобы посмотреть ему в лицо.
— Мина! — Он притянул меня к себе и обнял.- Я не звал ее, пожалуйста, верь мне! — Берилл тарабанила в дверь нашего номера, требуя, чтобы ей отдали вещи.- Надо отдать ей вещи…- Я строго взглянула на него.
— Я сама! — Он улыбнулся только левым уголком губ, а я помчалась в спальню, собрала шмотки этой бабы в пакет и, открыв дверь швырнула ей в лицо, и снова закрыла дверь. Кунсайт молча стоял и смотрел на меня. Пусть знает, какой у меня характер! Я прошла к дивану и села на него, скрестив руки на груди и уставилась в одну точку на полу. Накамура присел рядом со мной, обнял одной рукой и притянул к себе.