В общем, ребята устроились в жизни хорошо. Кого-то переубеждать, или переубеждаться самой мне совершенно не хотелось. Тем более своей работы было немало. География заказчиков на мои услуги была довольна широка. Тем вне политики хватало, проектов тоже. Просто разошлись своими дорогами.
Некоторое время спустя мы с Марусей случайно пересеклись и проболтали пару часов. Договорились в дальнейшем не портить отношения спорами, чьи политические взгляды правильные. Она согласилась. Видно было, что ей не хватало общения со мной. Точнее, моего молчаливого выслушивания. Когда дело касалось моих проблем, Маруся быстро теряла интерес к взаимодействию. Ей не нужны были чужие проблемы, просто нужны были "свободные уши".
До поры до времени меня устраивала такая однобокая дружба. Слушая проблемы Маруси и Коляна, я забывалась о своих.
А потом произошла череда событий, которая окончательно развела нас в разные стороны. Когда я убегала из прошлой жизни, к моему удивлению, Маруся меня поддержала, но... Морально и уже издалека, когда я добиралась до Италии.
Некоторое время мы даже виртуально общались. С чувством лёгкой зависти, она слушала мои рассказы о жизни в Европе и давала наставления, быстренько "найти кого-то", чтобы там задержаться.
Мой первый отъезд в Россию, Маруся восприняла скептически. Мол, нечего там ловить: мужики, все как один бУхари, работы нет, кругом разруха и упадок. На мой вопрос, когда она последний раз была в Москве, она обиженно ответила, что никогда! Но она продвинутый пользователь интернета, знает, о чём говорит, смотрит достоверные источники. На мои рассказы о новейших исследованиях российской медицины в плане исследования аутоиммунных заболеваний как у меня, она отреагировала в штыки:
— Фигня это всё! — Говорила она тоном не терпящим возражений, — Ну какие достижения могут быть в стране "третьего мира"?!
Спорить тогда я не стала, поскольку мне это напоминало диалог со слепым и глухим человеком. При этом Маруся признала, что поехать к отцу — хорошая идея. Родной отец это моральная и финансовая поддержка.
Когда я позже рассказала приятельнице о знакомстве с молодым человеком, она поначалу тоже отреагировала позитивно:
— Гуляй, мать, пока на тебя парни внимание обращают! Дерзай!
А потом я уехала в Россию с билетом в один конец, Маруся не выдержала и вывалила на меня весь скепсис. Общение начало плавно сходить на нет, и окончательно свернулось, после нашего с мужем похода в загс. Честно говоря, я не ожидала, что давняя знакомая воспримет мой брак как личную обиду.
"Ну, да бог ей судья", — подумала тогда я и переключила своё внимание на текущие вопросы.
Появилась Маруся пару лет спустя, через несколько дней после начала СВО. Она высказала мне всё, что у неё накопилось: и о моём предательстве, и о том, каким местом я захомутала молодого мальчика насильно женив его на себе, и ещё много о чём. Высказалась, как говорят, на целую "простыню" текста. От всего сердца и совершенно искренне, убеждённая в своей правоте! Намешав в одну кучу и мух и котлеты.
Сказать, что мне было неприятно, ничего не сказать. Она, как никто знала, почему я бросила всё и убежала из прошлой жизни. Знала, что я никогда не скрывала свои корни и открыто говорила о родственниках в Крыму и России. Знала, что я "папина дочка" и в случае чего побегу за поддержкой именно к отцу, независимо от того, в какой стране он живёт. Знала, очень многое, но... В тот момент, она забыла обо всём, сказанном мной ранее — её глаза застила злость. Вот её Маруся и вывалила на меня от всей души.
Сама себе удивилась, но молчать я не стала. Написала ответ. Тоже от души. Напомнила, что когда мне нужна была реальная помощь, она первая сказала, что "у нас разные жизни". Напомнила ситуацию, когда мне было особенно фигово. Тогда я стояла на балконе 22-го этажа и реально думала, что выход в окно — хорошая идея. К моему удивлению, необходимую помощь мне оказали совершенно незнакомые неравнодушные люди. Я прошла терапию и стала просто жить дальше. Но... тот случай стал для меня знаковым.
Именно тогда я поняла, кто мне друг, кто враг, а кто так... случайно заходил ради своих собственных интересов. Так вот, в тот момент Маруси рядом не было. Ни физически, ни морально. У неё была возможность узнать, как я поживаю, как себя чувствую и о многом другом. Она этого не делала, потому что у неё были свои дела. Более важные чем моя жизнь. Сейчас у меня тоже появились более важные для меня дела.
Ну, и в качестве, финального иронического аккорда я добавила, что у меня даже чисто случайно нет прямой связи с правительством страны, в которой я живу. Так что на все политические действия, я со своим статусом ВНЖ никак не влияю. Если ей, Марусе, что-то не нравится, она может отправить запрос по официальным источникам, а не выплёскивать яд на старых знакомых, с которыми не общалась годами.