— Пойдемте до Волчьего лога, там, говорят, белые грибы есть, — предложил Сашка, когда они вышли на широкую поляну.
Эти слова вернули Машу с берегов Черного моря в родные мордовские леса. А Сашка из капитана корабля превратился в обыкновенного мальчишку, которого можно даже подразнить:
— А ты и не знаешь, где Волчий лог.
— Я-то не знаю?! Как бы не так! Идите за мной!
Сашка свернул с дороги на узкую тропинку, уходящую в чащобу. Тетя Анюта несколько мгновений постояла в нерешительности, словно раздумывала — шагать за Сашкой или нет. Но шумбасовский сын, она это уже знала, не только настойчивый и упрямый, но и обидчивый, ничего не поделаешь, пришлось идти следом. Пусть ведет. А может, и вправду знает грибные места.
Сашке хотелось показать тете Анюте и ее дочери, что в лесу он как дома. До того же Волчьего лога по дороге, например, не меньше трех километров. А Сашка знает тропинку, по которой и двух километров не будет.
И вот они шагают то густыми зарослями, то оврагами, то вдруг выходят на ясные поляны, залитые солнцем. Тетя Анюта с дочкой еле поспевают за Сашкой и его собакой, которая то и дело бросается вперед или неожиданно выскакивает из-за кустов, пугая их. Устав, наконец, от такого марш-броска, тетя Анюта спросила:
— Ты, Сашка, случаем не на Кавказские горы нас ведешь?
— Нет, тетя Анюта, не на Кавказские.
— Где же твой Волчий лог?
— Скоро придем. Сейчас будет небольшой овражек. Потом — ельник. А там и Волчий лог.
— В поле и волки есть? — спросила встревоженно Маша.
— Это только так называется, — успокоил ее Сашка. — Волков там нет. Да и какой днем волк! Если только ночью…
Когда добрались, наконец, до урочища Волчий лог, поросшего белыми березами и могучими дубами, изрядно устали. Мать и дочь сели отдохнуть на лужайку, а Сашка с Йондолом отправились в разведку.
Первый белый гриб был найден совсем недалеко от места привала. Трудно сказать, кто увидел его сначала: Сашка или Йондол. Гриб стоял под ветвистой березой, как крепенький бочонок с коричневой шляпкой-крышкой. Собака и мальчишка бросились к нему одновременно. Сашка осторожно срезал ножку и бегом назад.
— Тетя Анюта, смотри, какой гриб!
Она взяла из Сашкиных рук находку и долго не могла на нее наглядеться. Прибежала Маша, увидела гриб и всплеснула руками.
— У-у… какой!
Теперь все двинулись в глубь леса. Шли на небольшом расстоянии друг от друга, а когда кто-нибудь терялся из виду, ему кричали. Чем дальше шли, тем больше попадалось белых грибов-бочонков. Попадались, конечно, и волнушки, и лисички, но Сашка их не брал. Белых хватает. Росли белые не скопом, как, например, грузди или волнушки, а по одному, на почтительном расстоянии друг от друга. Наверное, потому, что в кучке им было бы тесновато. Вон какие они толстенные!
Наткнувшись на очередной гриб, Сашка сначала любовался им, гладил шляпку и лишь после этого срезал. Корзина его уже заполнилась до половины. Но грибы то и дело выглядывали из-за деревьев, лезли в глаза — один краше другого.
Вдруг в лесу раздался пронзительный женский крик.
Сашка и Йондол бросились на голос. Когда прибежали, тетя Анюта махала руками и пятилась от чего-то, что привело ее в такой испуг. И тут Сашка увидел впереди черную гадюку. Змея лежала на траве, изогнутая и страшная, готовая в любой момент кинуться и ужалить. Сашка не растерялся, схватил рогатину, прижал голову гадюки к земле. Желая освободиться, змея извивалась и била хвостом. Йондол угрожающе зарычал.
К месту происшествия прибежала Маша: