— Я думаю, ты еще можешь погулять. Во сколько тебя ждать?
— Перестань болтать глупости! — рассердилась Наталья Сергеевна. — Не укладывай ребенка без меня.
Молодые, забрав Алешку, пошли домой. Несколько раз малыш оглянулся и чуть не упал, запнувшись.
Машенька, прыснув, что-то сказала Никите, тот переспросил и очень удивился, — Машенька едва успела схватить его за руку, чтобы он не посмотрел назад.
Инвалид заиграл «На позиции девушка провожала бойца…». Интендант, опустив вдоль тела руки, с поклоном пригласил летчицу на танец, они ушли. Оставшись одни, без знакомых, без малыша, Наталья Сергеевна и подполковник почувствовали себя неуютно.
— Я, наверное, пойду, — сказала Наталья Сергеевна.
— Да, пора, — согласился он.
Пошли напрямик, не по аллее. Музыка слышалась тише, отдаленнее.
Степан Ильич никак не мог взять в толк, отчего они оба испытывают какую-то неловкость. Танцевали — ничего, а сейчас… Кажется, это было связано с появлением молодых, с тем, как смутилась, увидев их, Наталья Сергеевна. Но чего же совеститься? Или одно дело — просто молодые люди, а совсем другое — свои дети?
В молчании дошли до остановки автобуса.
— Садитесь, я дойду одна, — предложила Наталья Сергеевна.
Стали высматривать огни автобуса. Где он там запропастился? Настроение было точно после тяжелой ссоры.
— Идет, — первой заметила Наталья Сергеевна.
В дверях, с подножки автобуса, Степан Ильич обернулся и как бы наперекор кому-то крикнул:
— Я вам позвоню!
Весь следующий день ушел на то, чтобы, проявляя выдержку, превозмочь себя и не звонить.
Клавдия Михайловна несколько раз подкрадывалась к его комнате, но, послушав, как он сердито разворачивает и отбрасывает газеты, на цыпочках отходила. Обед у них прошел натянуто, без разговора. Занятый своими переживаниями, Степан Ильич и не заметил, что вечером свояченица даже не включала телевизор.
Дождавшись утра, он набрал знакомый номер в полной уверенности, что времени прошло достаточно. Трубку снял Покатилов, однако на этот раз, выслушав приказание, спокойно опустил ее на рычаг. Степан Ильич вскипел и стал с яростью накручивать диск. Слушая равномерные гудки, он нетерпеливо притопывал ногой. «Ну, подожди!..» К сожалению, после продолжительного времени ему ответил совершенно другой голос, тихий, почти больной, — как оказалось, Митасов.
— А, это вы? — узнал он подполковника. — Простите, но Наточки нет дома. С самого утра нет.
«Вот тебе раз!»
— Что-нибудь передать?
— Нет, нет, спасибо.
И день, начавшийся с надежды, сразу потускнел, представился бесконечно долгим и пустым. «И Василий, черт лысый, не звонит. Хотя у него праздник, не до меня. Пускай!»
От нечего делать Степан Ильич отправился в свой «клуб», играл и проиграл. В дурном расположении духа он вернулся домой и едва не вспылил, заметив робкий, недоумевающий взгляд Клавдии Михайловны. Ну чего, спрашивается, страдает? Имеет же он право на свои секреты!
Поужинали они каждый сам по себе.
От нетерпения, с каким он взялся за телефон назавтра, набрался чей-то незнакомый номер. Пришлось извиниться и быть внимательнее.
К его удивлению, трубку сняли тотчас же, и он узнал голос самой Натальи Сергеевны. Ранний звонок обрадовал ее: говорит громко, настроена прекрасно.
— А я вчера была в гостях. Отгадайте: у кого? Ни за что не угадаете. У Василия Павловича, вот!
«Вот уж на самом деле… никогда бы не подумал!»
— А… дорогу нашли? У него там сложновато.
— О, совсем легко! Его там действительно все знают.
— Как они там? Празднуют? Шампанское пили?
— Ой, вы же ничего не знаете! У них горе.
— Что вы говорите! — испугался Степан Ильич. — Что случилось?
— Игорек… Заявил родителям, что уезжает. Приехал прощаться.
— Подождите, подождите. Вы что-то путаете. Куда уезжает? Зачем?
— В какой-то колхоз. А может быть, совхоз. Я в этом плохо разбираюсь.
«Вот почему Василий не звонил!»
— Позвольте… зачем это он? Цель, цель-то у него какая?
— Он там служил. Хлеб они возили. Ну а теперь… Да вы лучше приезжайте. Чего мы по телефону-то?
Степан Ильич растерялся.
— Если можно, то я, разумеется, приеду.
— Ну вот еще! Что за церемонии?
— Прекрасно, — обрадовался он, — я сейчас.
— А вы быстро! — сказала Наталья Сергеевна, открыв ему дверь.
Он умолчал, что ехал на такси.
В ванной комнате с шумом хлестала вода. Оттуда выглянул Никита, поприветствовал гостя энергично вскинутой рукой и снова скрылся. Потом промелькнула Машенька, на ходу поправляя волосы.