— Один-один, — ухмыльнулся он.
«В смысле?.. Вспомнил, как сам заявился ко мне на занятия?..»
— Добро пожаловать, малая. Я, конечно, знал, что ты легка на подъем, но не догадывался, насколько.
«Я тут ни при чем! Ты недоволен?..»
— М-м-м… Привет! Да вот… — пожала Уля плечами, совершенно не понимая, что говорить дальше. Тыкать пальцем в Аню, сыпля обвинениями том, что это все её проказни, казалось Ульяне детским садом. Давать Егору повод прийти к обоснованному выводу, что намеков «малая» не понимает, когда она с первого же раза все уяснила? Тоже, знаете ли, обидно.
Аня умиротворенно заулыбалась и с наслаждением потянулась в кресле. Кажется, Егоров красноречивый взгляд не возымел на неё никакого эффекта.
— Еще как легка! А вообще, Улю сюда заманила я. Причем совершенно коварным способом. Так что если хочешь позлиться, то это тоже ко мне.
— Я уже понял, что ты, — криво усмехнулся Егор. — Твой почерк. Но так уж и быть, живи пока.
«То есть всё нормально?»
Аня победно взглянула на приросшую к полу Ульяну. «Вот видишь, а ты боялась!» — проступило в её огромных карих глазах.
— Егор просто не любит посторонних в студии во время работы, — милостиво пояснила она. — Но ведь у каждого правила есть исключения. Да, Егор?
— Точно, — кивнул сосед, устанавливая гитару на подставку и запихивая медиатор в карман.
«Всё нормально…»
— Ну вот, так я и знала! — получив подтверждение своим словам, радостно воскликнула Аня. — Мне показалось, вы вчера поругались? Ай-яй-яй! — цокнула она языком в преувеличенном недовольстве. Осуждающе покачала головой и с укором уставилась на Егора.
Тот перевел на Улю лукавый взгляд, в котором читалось: «Видала?». И тут до Ульяны наконец начало доходить. Аня еще накануне пыталась как-то утихомирить их обоих, но в пылу ссоры никто и слушать её не желал. Вот так, значит? Понятно. Хитро́. Только ей-то оно всё зачем?
— Уже помирились, — нехотя сообщила Уля, думая о том, сколько вокруг неравнодушных к их отношениям собралось. Причем неравнодушных-то совершенно по-разному. Егор кивком подтвердил сказанное. Кажется, настроение у него и впрямь было неплохим, лишь лёгкий прищур обращенных на Аню глаз немного смущал. И всё же Ульяну отпустило: хляби небесные не разверзлись и не поглотили её за вторжение на запретную территорию, всё и правда в порядке.
Казалось, лицо вокалистки вот-вот треснет от улыбки, уже буквально от уха до уха растянувшейся:
— А, ну вот и прекрасненько! — промурлыкала она. — Тогда закрепите, а я побежала! Я бы с вами тут ещё потусила, но прямо сейчас мою хату заливает кипятком. Костя только что написал, — в подтверждение своих слов Аня быстро развернула к воззрившимся на неё собеседникам экран телефона с открытой перепиской и тут же спрятала его в карман безразмерной толстовки.
Подскочила с кресла, забегала по студии, схватила со стола с мониторами ключи от машины и какой-то диск.
— Уля, это тебе, — всучили Ульяне диск. Егор безмолвствовал, только брови где-то высоко на лбу уже пару минут, как зафиксировались. — Личный экземпляр, раритет, зацени! Кофе, к сожалению, отменяется, давай в другой раз. Видишь, как получилось? Ну, всё сегодня против, абсолютно всё! Но! Ты в надежных руках, так что я спокойна. Ну всё, ариведерчи, пупсики! Не скучайте!
«Пупсики?!»
Меньше всего Егор походил на пупсика. На кого угодно, только не на пупсика. Что за отношения у них такие? Дружеские?
— А, да… — уже в дверях студии развернулась Аня. — Спасибо, Уля!
И скрылась ветром — только её и видели.
«За что спасибо-то?»
Боги, опять одни вопросы. Егор проводил солистку долгим задумчивым взглядом, Уля растерянно оглядела студию, не удержалась и взглянула на «пупсика». Вот вроде же он и не злится, а ощущения все равно сохраняются довольно странные. Вроде как нужно что-то сказать, а то он, похоже, и не собирается.
— Не спрашивай, как я тут оказалась, сама не знаю, — решив, что лучше честного признания ничего нет, выдохнула Ульяна. — В три часа лежу на диване, уверенная, что иду на спорт, в начале девятого стою под этой дверью. Аня твоя — ведьма.
— Есть такое, — простодушно усмехнулся Егор, принимаясь упаковывать в чехол акустическую гитару. — Со временем научишься не вестись на её провокации.
Через полминуты в карман этого же чехла полетели какие-то провода и приборчики. Один из них она точно уже видела у него дома. Кажется, называется эта штука «метроном»{?}[Метроном — электронный или механический прибор, который отмеряет равные временные промежутки и отмечает каждый из них отстукиванием. Основное его назначение — создание для музыканта ориентира темпа]. Поначалу Уля наблюдала за его механическими движениями, как завороженная, а потом опомнилась и убрала в свой рюкзак плоскую пластиковую коробку с диском.