Как бы то ни было, с какой бы готовностью, остервенело рвясь с цепей, ни лезли из всех щелей страхи, лишать себя света ты не можешь и не хочешь искать на это безумие силы. Ты всё еще пытаешься балансировать на острие. Потому что со светом уютно, а без — херово настолько, что теряешь смыслы. Потому что наотрез отказываешься добровольно возвращаться в удушливые объятия одиночества. Потому что отчетливо понимаешь, что выпилиться ты пока не готов, что бы тебе там «цыганки» всякие не напророчили. Или уже не готов. «Уже», между прочим, весит гораздо больше, чем «пока».
Что сути, в общем-то, не меняет.
А сон… Сон затмевает самые смелые, самые пьяные надежды, которые ты только мог себе разрешить в попытке спастись от навязчивой идеи разменять этот свет на тот раньше положенного. Сегодня тебе дали его досмотреть, и ты просыпаешься с пустой головой, стертой памятью и пораженный осознанием –
Никогда. Ничего подобного. За всю твою жизнь. С тобой не случалось.
Тебя вернули в наружность, а в душе осталось жить согревающее нечто. Что это? Это же нежность, да? Наверное, если книжкам верить. Черт знает, может, и нет. Может, она как-то иначе должна ощущаться… Нечто незнакомое, неведомое, сбивающее с толку, но точно очень, очень жизнеутверждающее. Что-то, мгновенно становящееся новой целью, в которой смутно, но уже отдаешь себе отчет: жить дальше стоит хотя бы ради того, чтобы испытать эти эмоции не во сне, а наяву.
Воздух пахнет солнцем, напитан капельками эйфории. И ты вдыхаешь его полной грудью. И выдыха-а-аешь.
Сегодня сольник. Малая обещала быть, хочется надеяться, что без свиты «товарищей». Этот день не омрачит ничто.
***
Открытая веранда во дворике небольшого московского клуба, где «Мамихлапинатапай» отыграет сегодня последний летний концерт, к их раннему появлению оказалась полностью готова. Честно говоря, Егор не припоминал, когда последний раз такое было — пожалуй, что и никогда. Но нет — их фургончик с инструментами, каким-то чудом объехав воскресные московские пробки, прибыл ко времени, а местный инженер и звукорежиссер уже поджидали на площадке: ржали в унисон в ожидании группы, явно найдя общий язык. Добрый знак. Но и это еще не всё. К его вящему удивлению, обнаружилось, что и свет вывешен, и бэклайн{?}[инструменты и усилители] установлен. Что и сцена уже подключена к кабелям, и кабели эти — немыслимо! — разложены ровно, что трамвайные рельсы, а не образуют под ногами хаос, лишая техников шанса быстро сориентироваться в случае непредвиденной ситуации.
Более того, на месте обнаружилась вся команда. Где это видано, где это слыхано, чтобы никто из коллектива не забыл дома инструмент или нужные провода, а заодно, значит, и голову? Чтобы никто не возвращался за своим барахлом с полпути? Все здесь! С проводами, педалями{?}[Деталь, на которую музыкант нажимает ногой, что позволяет изменить строй инструмента, добиться определенного звукового эффекта. Так, гитарная педаль способна изменять гитарный тон] и головами! Игорёк трезв как стекло, Женька включен в реальность. Анька, которая в их группе и лидер, и вокал, и менеджер, довольна как слон и, порхая меж расцветающих в её присутствии людей, смеется не переставая. Олег настроен миролюбиво и покорно выслушивает льющиеся из всех щелей ценные указания, не переставая при этом кивать, как китайский болванчик. Сегодня у Олега посвящение, если к этому процессу уместно такое определение. Последние несколько недель все силы были брошены на то, чтобы найти с этим парнем общий язык. Долгосрочные прогнозы — не конёк Егора, но надежда, что они все же нащупали точки соприкосновения, таки затеплилась. А значит, растёт вероятность, что осенью Mamihlapinatapai не ощутит потери бойца. В общем, если всё выгорит, седьмое августа Егор отметит в календаре как день, когда группа обрела нового гитариста. И тогда можно будет оставить проект с чистой совестью. И тяжелым сердцем, да. Но сто раз решенному-перерешенному обратного хода нет.