Егор не заставил ждать с ответом: уже на выходе из ванной Ульяна его прочла, невольно обращая внимание на время отправки. Ничего не могла с собой поделать — все сравнивала, с какой скоростью Том разражался комментарием для Алисы, и с какой реагировал на её сообщения Егор. Выводы утешали.
08:38 От кого: Егор: М-м-м… Прям как в мае. Один в один =) Но знаешь что? Твоя пижамка больше меня не обманет.
«Да ну тебя!»
08:38 От кого: Егор: Засос на ключице занятно смотрится с розовым воротником и медвежатами. Что-то в этом есть. Мне нравится. =) Долго держится…
«Да ты, похоже, просто надо мной издеваешься! Или нет?»
08:40 От кого: Егор: Надеюсь, твоя бабушка этого не видела. У бабушек слабенькие сердечки. Помни об этом!
08:40 От кого: Егор: Кстати, может, ты хотела признаться в любви к розовым пижамкам? Или медведям?
«Не к пижамкам!»
Не похоже, а точно. Издевается. Что ж, в эту игру можно играть и вдвоём. Ему это так просто с рук не сойдет.
08:43 Кому: Егор: Снова не угадал:) А бабушка видит гораздо больше, чем я думала.
Пока Уля добралась до кухни, где её заждался приготовленный заботливыми руками завтрак, в голове дозрел дерзкий план маленькой невинной мести. Или шалости, как посмотреть. Благо их отношения перешли в ту стадию, когда позволить себе подобные фокусы с чужими нервами уже можно. Если, конечно, спустя девять дней они у Егора чудодейственным образом не восстановились до уровня «железобетон».
— Вкусно пахнет! Снова секретный ингредиент? — усмехнулась Ульяна, усаживаясь над тарелкой с подостывшими блинами.
— А как же! — перестав наводить суету у плиты, бабуля присела на свой стул. — Кушай-кушай.
Бабушка всегда добавляла в свою стряпню секретный ингредиент. В этом тесте для блинов не сода, не кефир, не ваниль, не корица и не натёртое яблоко. Всё гораздо проще и одновременно гораздо сложнее. В это тесто замешана щепотка безусловной любви. Именно поэтому бабушкина еда всегда была такой невероятно вкусной. Повторить один в один невозможно, вкус всегда будет немного отличаться, но гарантированно окажется божественным. Опробует рецепт, как только окажется на Егоровой кухне.
Взгляд на автомате упал на затихший телефон. Мысль о том, что неплохо бы ответить на пассаж о мишках, назойливо вертелась в черепной коробке, вызывая внутренний зуд. До сих пор считает, что в ней детство играет?
08:49 От кого: Егор: Бабушки — они такие. Слепыми только прикидываются. Интересно, что видит твоя.
«Как я тут с ума схожу, например…»
— Что там твой мальчик? Всё хорошо у него? — аккуратно поинтересовалась баб Галя.
«Мальчик…»
С высоты такого возраста любой будет мальчиком казаться.
— Да вроде да, ба, — поведя плечами, как можно беспечнее отозвалась Уля. — Коржик у него там прописался, бдит.
Бабушка у неё прозорливая, в первый же вечер просекла, что к чему. Сказала потом, что по глазам догадалась и, скорее всего, не покривила душой. В общем, в очередной раз продемонстрировала удивительную проницательность, чем несказанно Ульяну смутила. Она-то была убеждена, что с ролью соскучившейся внучки в день встречи справилась прекрасно: телефоном перед бабулей не светила и вообще вовсю улыбалась. Захочешь — не придерешься. Хотя перелет прошел довольно-таки хреново: в слезах, соплях, прострации и наушниках. Вырубиться удалось лишь ближе к посадке, и расплатой за это стали пропущенные сумасшедшие виды, которые наверняка открывались из иллюминатора.
— Не переживай, Ляна, если любит, дождётся, — перехватывая её растерянный взгляд, изрекла бабушка. — Куда денется?
«А если не любит?»
— А если не любит, то зачем он нам нужен? — засмеялась она, впрочем, по-доброму. — Не волнуйся. Конечно, любит, как такую можно не любить? Тем более вместе росли, столько прошли. Тебе этого мальчика Бог послал. Надо же, как бывает… — покачала она головой.
Бабушке про Егора Уля кое-что рассказать успела. Почти всё, если точнее, опустив лишь жуткую историю прошлого, о которой сама до сих пор не могла думать без подступающих к горлу слёз и горького ощущения бессилия и опустошенности. Касательно этой темы Ульяна, кое-как сдержавшись, ограничилась короткой ремаркой, сообщив, что его детство прошло в трудных условиях, и это наложило серьезный отпечаток на восприятие жизни и отношения с людьми. Душа требовала выплеснуть всё, просила совета, но голова понимала, что от бабушки информация может попасть к матери, которой и так до конца дней хватит «весомых» аргументов против её выбора.
— Да? Ты так думаешь? — зачем-то спросила Уля. Не знает зачем. Просто слушать бабушкины рассуждения было куда приятнее, чем мамины нотации.