– Здесь что-то не так, – сказала я ей. – Эта доза слишком велика для полуторагодовалого ребенка.
Серина взяла у меня документ и потянулась за очками, которые висели на шнурке у нее на шее.
– Хм-м. – Она нахмурилась. – Не могу с тобой не согласиться. – Она всмотрелась в неразборчивую подпись внизу страницы. – Тебе лучше позвонить доктору Фримену и все проверить.
Через несколько минут я получила ответ.
– Оказывается, медсестра, которая занималась этим случаем, неправильно записала вес ребенка, – сообщила я Серине, печатая в нашей электронной системе новый рецепт. – Вместо того чтобы записать в таблице, что он весит двадцать пять фунтов, она написала двадцать пять килограммов.
– Черт возьми, это же более чем в два раза больше, чем его действительный вес, – неудивительно, что врач так завысил дозу, – сказала Серина. – Хорошая работа, Меган, – не каждый фармацевт заметил бы эту ошибку.
– Спасибо, – сказала я, охваченная теплой волной радости. – Если бы нечаянная ошибка медсестры так и осталась незамеченной, это могло бы повлечь за собой серьезные последствия.
– Ты быстро у нас освоилась и начала чувствовать себя в больничной аптеке как рыба в воде, – заметила Серина, когда я вернулась, отдав лекарство благодарной матери малыша. – Должно быть, твоя работа здесь очень отличается от того, чем ты занималась раньше.
– Верно, – согласилась я. – Но здесь мне нравится куда больше. Здорово чувствовать себя частью большого коллектива специалистов, и я получаю большое удовольствие от того, что работаю бок о бок с врачами-консультантами.
– Да, у нас здесь работают мастера своего дела, некоторые из лучших врачей в стране – и, что самое важное, в нерабочее время они умеют по-настоящему расслабляться. – В глазах Серины вспыхнули смешинки. – В минувшие выходные я была на барбекю в доме Билла МакКарти. Ты уже встречалась с Биллом… он ординатор-ортопед… курчавые черные волосы… и он очень любит поговорить.
Я покачала головой:
– Нет, что-то не припомню.
– В таком случае мне надо будет вас познакомить. Билл хороший парень, а его жена работает у нас акушеркой. С ними не соскучишься, и они закатывают классные вечеринки. Видела бы ты, сколько народу пришло к ним на барбекю… практически все, кто работает в отделении ортопедии, плюс по меньшей мере половина персонала отделения акушерства и гинекологии. – Она откинула голову назад, словно мысленно видя эту картину. – Надо ли говорить, что спиртное там текло рекой, и к концу вечера все очень развеселились. Билл достал свою гитару и вместе с парочкой друзей начал импровизировать в стиле джаза, а мы все им подпевали. От нас было столько шума – я удивляюсь, что на нас не пожаловались соседи.
– Судя по тому, что ты сейчас рассказала, мне непременно нужно будет познакомиться с Биллом. – Чувствуя себя неловко, я прочистила горло. – Наверное, там был и Пит Чемберс.
– Пит? Ты его знаешь?
Я повернулась к ближайшей полке с медикаментами и сделала вид, будто ищу что-то среди противовоспалительных средств.
– Совсем немного. Мы оба входим в состав Комитета по этике, и он показался мне довольно дружелюбным.
– Уж в этом-то ему не откажешь… кто-кто, а он способен обаять любого. – Серина улыбнулась, протянув руку за бумажным пакетом. – Да, Пит и его жена тоже пришли. А я и не знала, что Фиона ждет их третьего ребенка.
Ощущение у меня было такое, словно Серина, размахнувшись, ударила меня в грудь подвесным стальным шаром для сноса зданий. К моему горлу резко подступила тошнота.
– Значит, она беременна? – спросила я, надеясь, что мне удалось сказать это беспечным тоном.
– Да, она уже на восьмом месяце. Они несколько лет пытались завести третьего ребенка. Первые двое были зачаты естественным путем, но на сей раз им пришлось пойти на ЭКО. Получилось только с третьей попытки, но в конце концов они своего добились. – Она посмотрела на меня и улыбнулась. – Здорово, правда?
– Да, это чудесная новость, – сказала я, чувствуя себя при этом так, словно исторгаю из себя зазубренный кусок металла. – Совершенно чудесная.
Честно говоря, я не знаю, как сумела доработать до конца смены, так ни разу и не ударив кулаком по стене. Уму непостижимо, каким лжецом оказался Пит. Немудрено, что у него находилось для меня время настолько нерегулярно – и всякий раз ненадолго. На таком позднем сроке беременности его дорогая Фиона, естественно, желает, чтобы он, ее муж, всегда был под рукой. Все его речи о разводе были полнейшей ложью, ведь из того, что Серина рассказала мне затем, следовало не только, что Пит и Фиона почти все время проводят вместе, но и что после рождения ребенка они собираются торжественно повторить свои брачные обеты.