Ичиго, затерявшись в глубинах клуба, активно покорял особей женского пола. Выпито было прилично, а значит, шансов найти новые приключения становилось больше. Не то чтобы ему было настолько скучно, Ичиго чисто по-человечески решил сбросить стресс, накопившийся за неделю упорной работы. В свободное время Куросаки то и дело повторял подобный ритуал: клуб, знакомство, коктейль, ночь, девушка и постель. Снимать стресс подобным образом до некоторых пор не составляло труда. С момента появления на его территории мелкой мартышки, именуемой Рукией Кучики, все кардинально изменилось. Вопрос: зачем и почему Куросаки предложил Рукии остаться и не искать новую квартиру продолжал мучить рыжеволосую голову. Ведь тогда Ичиго совершенно не знал эту девчонку. Вряд ли за красивые глазки. Или все же?..
Пропуская в прихожую среднего роста девушку, явно нетрезвую, Ичиго захлопнул дверь и включил свет. Было бы весело, если бы она шлепнулась на пол, не пройдя и шага. Пока Куросаки снимал куртку, девушка глуповато улыбалась.
— Главное стой на месте и ничего не снеси, пожалуйста, — тихо выдохнул парень, подходя к спальне и заглядывая в комнату.
Ему всего лишь нужно было убедиться, что Рукия все еще находится у своего брата. Но именно сегодня по какому-то стечению обстоятельств этой маленькой особе приспичило вернуться в святую-святых Куросаки. Закатив глаза и столкнувшись лбом с косяком двери, Ичиго мысленно выругался. Привет, веселая ночка! Прощай, спокойный сон Рукии.
Будто прочитав все его мысли, — явно совершенно не те, о чем на самом деле думал Куросаки, — новая знакомая подалась легкому порыву подойти и обнять рыжеволосого. Ночь намечалась долгой, а узнать поближе нового возлюбленного было необходимо.
— Ичи… — пара шагов — и ее встретила ваза около стенки. Секунда — удержать вазу на тумбе не получилось, и она удачно разбилась о пол.
— Ну, здравствуй, шиза, — вздохнул Куросаки и, снова приоткрыв дверь в спальню, проверил, не проснулась ли Рукия. Убедившись в этом, Ичиго поспешил отвести девушку в гостиную и усадить на диван. Пока он старался отцепить ее руки от своей шеи, тысячу раз пожалел, что привел эту воплощенную нелепость сюда.
— Ну, Ичиго, ты куда? — обижено пробурчала девушка.
— Сиди здесь, — приказал он, поднимаясь с дивана.
— Ты хочешь уйти?
— Я у себя дома, красавица, — хмыкнул Ичиго.
— Я разбила твою вазу.
— Ага. И пить мы не умеем, — усмехнулся. В отличие от нее, себя он чувствовал сравнительно трезво. — Пойду приберусь. Сиди тут и не шуми. У меня за стенкой сестра спит.
Стоило только представить, что завтра устроит эта с е с т р а своему неугомонному б р а т у за разбитую дорогую вазу.
— Окэй, босс, — заплетающимся языком все с той же глупой улыбкой проговорила она и повалилась на подушку.
— Вот и умница.
Закончив с уборкой, Ичиго вернулся в гостиную. Совершенно неожиданно, однако, его ночное приключение превратилось из развлечения в пытку.
— И чем ты думал, Куросаки? Явно не головой, — пробурчал себе под нос, глядя на развалившуюся на диване девушку. — Старею, а умней не становлюсь.
— Кем ты становишься? — его новая знакомая, расслышав часть фразы, подняла с подушки голову и, щурясь, посмотрела на Ичиго.
— Каждое полнолуние я превращаюсь в оборотня, — роясь в шкафу, выпалил он первое, что пришло в голову. — Только это секрет, а тебя я обязан убить.
— Не смешно, — прыснула девушка и повалилась назад на подушку.
— Клоунами не рождаются, клоунами становятся. А мне, увы, некогда практиковаться, — достав два пледа и одно одеяло, Ичиго подошел к дивану и кинул один плед девушке.
— Эй, ты чего? — воскликнула она и потянулась руками к Куросаки. — Думаешь оставить меня одну?
— Исключено, — Ичиго расстелил одеяло на полу и стянул с дивана одну подушку.
— Ты будешь спать на полу? — глаза девушки округлились от удивления.
— Точно, куколка, — он натянуто улыбнулся ей и вовремя вспомнил хорошую цитату из одной передачи. — Секса не будет, — подмигнул и отвернулся, склоняясь над импровизированной постелью.
— Ичиго, знаешь, ты мой идеал.
От таких слов этот Идеал замер и усмехнулся. Почему-то Рукии так никогда не казалось. И вообще, такой комплимент от слегка выпившей девушки звучит сомнительно.
— Надо же, — выпрямился и подошел к выключателю. — А теперь спать.
Но у кого-то просто так лечь спать в планы не входило. Дождавшись, пока заснет Ичиго, девушка тихонько перебралась к нему, предварительно стянув верхнюю одежду, и залезла под плед, прижавшись грудью к спине Куросаки.
Сквозь слабую пелену сна он почувствовал влажные поцелуи на шее. По законам жизни, — это проверено статистикой, — у парней сначала просыпаются инстинкты, и уже потом не спеша включается мозг. Так же и Ичиго. Чем он хуже других парней? Все еще в полусонном состоянии прижал девушку своим телом, дал волю рукам и губам и только потом догадался, что это не сон.
Можно было бы отдать все что угодно, чтобы видеть его ошеломленное лицо. Если коротко описать сей образ, то для описания вполне подошел бы такой вопрос: «И как это называется?». Именно так Ичиго пару секунд молча вопрошал ответа у лежащей под ним девушки. И, конечно же, он поздно заметил, что ее ноги как-то слишком сильно прижимают его торс к низу ее живота.
— Здрасьте, приехали, — выдохнул и уронил голову. — И чего не спим? — насмешливо взглянул из-под челки на девушку. Она, естественно, не лежала бревном, шаловливо выводила ноготком на груди Ичиго странные витиеватые узоры и другой рукой поглаживала его плечо.
— Неужели ты такой правильный, Ичиго?
— А ты больше по плохим мальчикам, да?
— Ты нужен мне.
— Надо записать на диктофон. Утром я бы с удовольствием посмотрел на твою реакцию, — Куросаки улыбнулся.
— До утра далеко, а я хочу тебя сейчас, — девушка обвила руками его шею и поцеловала в губы. Видят звезды, Ичиго был терпелив и добродушен. Возможно, ничего и не случилось, если бы девушка перестала вести себя так вызывающе.
— Ну все, — убрав ее руку с паха, Куросаки укусил ее за нижнюю губу, отчего девушка пискнула, — ты допрыгалась, — дотянулся другой рукой до ее трусиков и потянул их вниз. Чтобы ускорить процесс, она помогла Ичиго освободиться от нижнего белья.
Пока Куросаки удовлетворял свои потребности, имея очередную девушку, которая стонала в ладонь, зажимавшую рот, за соседней стенкой лежала Рукия. Она тихо плакала, роняя на подушку горячие слезы, и проклинала тот день, когда встретила Ичиго Куросаки.
Наутро, когда у Ичиго совершенно не было желания просыпаться, он все-таки проснулся от чувства холода и бегающих по спине мурашек. Воссоздав в голове всю картину ночных похождений в хронологическом порядке, парень ясно ощутил, что расправа близка. Перекатившись на спину, он взглянул на девушку, закутанную в плед.
Проблема намба ван: объяснить этому чудному созданию, что их «love story», возможно, закончится, так и не успев начаться. Проблема намба ту: ваза, разбитая ваза и, о пресвятые колокольчики, злая мелкая фурия или просто — Рукия Кучики. Куросаки сделал вывод, что две особи женского пола за одно утро его чисто душевное состояние не выдержит и надо бы поискать валерьянку.
Завалившись на кухню, подавляя порыв зевоты, ему пришлось не сразу заметить, как его с таким злющим взглядом рассматривала Кучики, добавляя в чашку с чаем ложку сахара. Взгляд в стиле «Тебе не жить» Ичиго принял с достоинством. Подмигнул и пожелал доброго утра. Нужно же было с чего-то начинать индульгенцию.
— Чайка мне не заваришь, а, Рукия? — сел напротив брюнетки и подпер подбородок кулаком.
— Обойдешься, — хмуро отозвалась она, опустив глаза на кружку.
— Как спалось? — издалека начал прощупывать почву Куросаки.