— Положительно, само собой.
Они переместились за барную стойку и принялись есть. Блондин уплетал рыбные кусочки с невероятной скоростью, Юна даже забеспокоилась — сможет ли он переварить почти целиком проглоченные ломтики?
— Ты чего так торопишься? — поинтересовалась она.
— У меня скоро перерыв заканчивается, а ещё ехать обратно.
— Так поел бы в городе.
— Я-то поел бы, а ты? — он выразительно посмотрел на сиротливо валяющуюся на диване пачку «Принглз». — Так и думал, что сухомятку будешь трескать.
— Гляди, какой заботливый, — поворчала Юна, но мысленно чуть ли не заурчала от удовольствия, — я просто проголодаться не успела.
— Ну да, — он смешно фыркнул и отложил палочки, — ладно, мне пора ехать. На вечер будут какие-нибудь пожелания?
— Ты, одетый в розовое бикини, и с красной розой в зубах. — флегматично жуя щупальце осьминога, предложила Юна.
— Я про еду!
— Я бы тебя съела. — её лицо по-прежнему не выражало никаких эмоций, а вот блондин стоял с красными ушами.
— На свой вкус что-нибудь возьму. — пробормотал он и встал со стула.
Поцеловав её в щёку и распрощавшись, Хван поспешил на работу.
Вечером Хёнджин вернулся уже с двумя большими пакетами готовой еды:
— Это тебе на завтра, чтобы ты хорошо пообедала, — прокомментировал он, показывая на один из кульков.
— Я, по-твоему, совсем не могу о себе позаботиться? — хмуро спросила Юна. — И ты что, хочешь, чтобы я опять осталась?
— У тебя же два выходных, верно? Проведи их со мной.
— Останусь, если хочешь. Но на первый вопрос ты не ответил.
— Конечно, ты можешь о себе позаботиться, — он прекратил разбирать пакеты и раскладывать продукты по полкам холодильника, — но раз уж ты сейчас в гостях, позволь поухаживать.
Они поели, и Хёнджин пошёл в душ, а Юна нашла последнюю серию дорамы «И миллион звёзд падает с небес» и поставила на паузу, дожидаясь, чтобы посмотреть вместе.
— Послушай, — Хван вышел из ванной комнаты, одетый в любимые пижамные штаны и чёрную футболку, мокрые волосы были гладко зачёсаны назад, отчего Юна подумала, что сейчас он похож на фотомодель больше, чем обычно, — я понимаю, что это тебе может быть неприятно, — он озабоченно почесал голову, — но мне сегодня весь день звонили Феликс с Чанбином, и они очень настаивали на личной встрече с тобой.
— М, — неопределённо промычала она, — зачем?
— Во-первых, сумку вернуть, во-вторых, поговорить о том, что произошло.
— Ладно. — Юна очень хотела послать всё и всех куда подальше, свернуться калачиком на животе у Хёнджина и сделать вид, что ничего не произошло, но жизнь взрослого такова, что приходится решать проблемы, а не убегать от них. — Я встречусь с ними.
— Ок, тогда я сейчас им позвоню и скажу, что можно приходить.
— Прямо сейчас? — она встрепенулась, так как не ожидала, что решать проблемы придётся так скоро.
— Да, Чанбин у Феликса, ждут моего звонка.
— Так ты заранее согласился? Ещё до того, как спросил у меня? — возмутилась Юна.
— Я знал, что ты не сможешь мне отказать. — Хван хитро подмигнул и убежал в спальню с телефоном, оставив её пыхтеть от злости одну.
Через пятнадцать минут раздался звонок в дверь, и гости прошли в дом.
Юна не могла не заметить осунувшегося и побледневшего вида Феликса и сбитые костяшки на правой руке Чанбина.
— Привет, — первой поздоровалась она, — сразу к делу или чайку?
— Сразу к делу. — мрачно ответил Чанбин и сел на кресло, знаком указав Ёнбоку занять второе. Хёнджин же сел рядом с Юной на диван. Атмосфера в гостиной стала напряжённой — всем было неловко.
— Вот… — Феликс протянул ей забытую сумку, — вроде всё на месте: телефон, кошелёк, но ты проверь.
— Спасибо. Всё в порядке. — она быстро взглянула на содержимое своего клатча.
— Нуна, мне так жаль, — первым не выдержал Ли, — не знаю, как такое могло получиться, если бы я мог предположить, что Тэджун такой урод, никогда бы не пригласил его в свой дом.
— Это не твоя вина, Ликс, — вздохнула Юна, — я цела и невредима. Спасибо, кстати, — она повернулась к смотрящему в пол Чанбину, — я ведь тебя так и не поблагодарила.
Тот ничего не ответил, лишь продолжил сверлить взглядом коврик под ногами.
— Мы поговорили с Тэджуном вчера утром ещё раз, — наконец заговорил Со, переведя взгляд теперь уже на свою сжатую в кулаке руку с содранной кожей. — Он раскаивается в своём поступке. Очень раскаивается, уж поверь.
— Ты его избил, что ли? — вклинился в разговор Хёнджин.
— Немного поработал над его внешним видом, — почесал затылок Чанбин, — чтобы девчонок издалека отпугивал.
— Хён сильно его отделал. — похвастался Феликс.
— Это же уголовно наказуемо, ребята. — забеспокоилась Юна.
— Всё нормально, — Чанбин впервые посмотрел ей в глаза, — он не будет никуда заявлять, боится, что ты тоже можешь. Тэджун живёт в Китае, а сюда приехал повидаться с родителями, ну и к нам на огонёк заскочил, так сказать. Честно говоря, сегодня он уже вылетел обратно.
Юна отвела взгляд. Она не знала, как себя теперь вести. Предъявлять обвинения человеку, живущему в другой стране, светило большим геморроем и затратами, как финансовыми, так и эмоциональными.
— Я не буду обращаться в полицию, — приняла решение она, — из доказательств только мои и ваши слова, если он наймёт хорошего адвоката, всё будет тянуться бесконечно, а я не готова пережёвывать эту ситуацию.
— Делай, как знаешь. — пожал плечами Со, — но, если ты вдруг передумаешь, то мы поддержим. В любом случае, вот, — он достал из своей наплечной сумки и протянул ей два пухлых конверта, — это письменные извинения от Тэджуна, а это моральная компенсация от него же.
Юна молчала. Она разглядывала крошечное красное пятнышко на конверте и мысленно прикидывала, во сколько Ким оценил свой мерзкий поступок. Она не знала, стоит ли принимать эти грязные деньги.
— Возьми, не думай, что если откажешься, то сделаешь что-то правильное, — прервал её размышления Чанбин, — для такого придурка, как Тэджун, потеря денег лучшая мотивация, чтобы так больше не поступать.
— Наверное, ты прав, — кивнула Юна, — это всё, что вы хотели мне сказать?
— Не всё, — Со опять уставился на пол, — Я тоже хочу извиниться.
— За что?
— Мы с Феликсом поговорили начистоту обо всей ситуации, что между вами сложилась, и я понял, что моё представление о ваших отношениях и твоей роли в них было в корне неверным. Он был излишне эмоционален, когда жаловался мне, а я не могу спокойно смотреть, как он переживает. Вот и обозлился, и хамил тебе тогда.
— О, ну, ты очень забавный, когда злишься, — засмеялась Юна, — я не держу на тебя зла, ты же мой герой в конце концов.
Со не нашёл, что ответить, но по румянцу на его щеках было понятно, как парень смущён.
— Нуна, — подал голос, молчавший всё это время Ёнбок, — мы можем поговорить?
— Говори.
— Наедине.
Хёнджин с неприязнью посмотрел в его сторону, но Ли сделал вид, что ничего не заметил.
Юна встала с кресла и позвала Феликса за собой, в спальню.
— О чём поговорить хотел? — спросила она, когда они разместились на кровати.