Я сказал Тане, что вот, мол, я случайно увидел одного человека, с которым мне надо срочно поговорить. Попрощался с ней, протиснулся к дверям и на следующей остановке сошел. Мне казалось, что в этом моем поступке есть что-то взрослое, мужское, солидное, вызывающе уважение: у меня серьезный разговор с важным человеком, это вам не девочку до дому провожать.
Я добежал до библиотеки, нашел там Глоцера, задал ему какие-то вопросы, а потом не удержался рассказать, что вот, мол, увидел его в окно троллейбуса, на котором провожал девочку до дома…
– Погодите, – сказал Глоцер на «вы». – Вы хотите сказать, что провожали девушку, увидели меня, спрыгнули с троллейбуса и прибежали сюда?
– Да! – гордо сказал я и добавил что-то вроде «делу время, потехе час».
– Господи, – жалостливо сказал Глоцер. – Какой вы, оказывается, еще маленький.
– Я? – возмутился я. – Что вы! Почему? Все наоборот! Вот если бы я с ней еще восемь остановок за ручку держался, тогда да, маленький! А для взрослых людей дело прежде всего!
– Боже мой! – Глоцер даже сморщился. – Поймите же, а не понимаете, так поверьте: только очень маленький мальчик может убежать от девушки ради какого-то идиотского «серьезного разговора» с другим дяденькой! Но вы это скоро поймете сами, я очень надеюсь, – совсем серьезно сказал он.
Сначала я внутренне возмутился. Хотя из вежливости спорить не стал. Понял примерно через полгода. За что искренне благодарен Глоцеру – больше, чем за выставку и умные разговоры о литературе.
опять ты молод, полон счастья
О ВОЗРАСТЕ
Однажды, много лет назад, а именно когда мне было 26 лет, я был на одном выездном семинаре типа «летняя школа». В числе участников был мой приятель Валя К., старше меня, сорок лет ему было. Разумеется, этот семинар проходил в молодежном лагере, далеко от Москвы. Ну, днем занятия, вечером танцы и выпивка.
Вот сидим мы однажды в моей комнате, выпиваем. А где-то там неподалеку – танцы. Ну, выпиваем мы, анекдоты рассказываем. Беседуем о внешней политике. Все-таки Дипломатическая академия. И тут входит мой друг Валя К., и в руках у него бутылка.
– Надо особо выпить! – говорит он. – Сегодня у меня особый день. Даже не знаю, как обозначить. Типа повзрослел. Сегодня, ребята, меня первый раз бортанули из-за возраста! Вы понимаете? Нет, раньше тоже было, но потому что я был сопляк. Бывало, девушка лет двадцати – двадцати трех, как узнает, что я еще в десятом классе, говорит: «Фу, да ты еще маленький!» А сегодня, прямо сейчас, – наоборот. Танцуем тут с одной, прижимаемся, вроде все на мази, а она вдруг спрашивает: а тебе сколько лет? Говорю как есть. И вдруг она меня как отпихнет! «Что я, – говорит, – проститутка какая, с сорокалетними ходить?!» – и убежала. Выпьем за мое совершенно-, так сказать, -летие!
Мы выпили. Посмеялись, конечно. Но задумались.
сон на 26 октября 2017 года
СОЦРЕАЛИЗМ! ХОТЬ ИМЯ ДИКО…
Мне приснился сон про учителя из Воронежа. Точнее говоря, мне приснился советский роман про этого учителя, изданный в конце 1970-х. Приснилось, что я читаю – вернее, листаю – эту книгу. Книга в картонном переплете. На имя автора я не обратил внимания. А имя героя запомнил: Федор Николаевич Писаренко.
Учитель – орденоносец, герой войны, заслуженный учитель республики, крупный методист и все такое. Но ему не везет с учениками. Все они сначала хорошо учатся, успешно работают, занимают важные посты – но потом в их жизни внезапно происходит некий загадочный слом, и они уходят в какой-то странный «дауншифтинг». Кто-то вдруг бросает завод, где он был заместителем главного инженера, и начинает на даче выращивать клубнику и продавать ее на рынке. Кто-то вдруг из популярного журналиста становится непризнанным художником-абстракционистом. А крупный ученый-медик, открыватель важнейших вакцин, герой соцтруда и лауреат государственных премий, вдруг идет работать рядовым тюремным врачом.
Учитель воспринимает это как свою личную драму. Он ездит по стране и пытается вернуть своих учеников в нормальную, по его мнению, жизнь.