Самые дальновидные, усмехаясь, намекали на то, что в канун принятия нового закона о налогах нет ничего лучше падающего слона, чтобы отвлечь людей от манифестаций…
Но никому из споривших было невдомек, что Жюльен всего лишь прелюдия к невероятным событиям, которые последуют вскоре…
Второй слон упал неделю спустя прямо на нудистский пляж в нескольких сотнях километров южнее первого.
Второй «падун» оказался совсем старым самцом с желтыми бивнями и такой мятой шкурой, что, глядя на нее, невольно приходили мысли о катке для асфальта.
Его уши, похожие на листья огромной генетически измененной капусты, расплылись в воде.
Второй не получил имени, возможно, потому что не был первым.
Несмотря на то что тень опередила падающего, а жалобный крик можно было услышать за несколько секунд до касания о песок, никто из отдыхающих не успел или не захотел всполошиться.
Таким образом, «номер два» приземлился в самой что ни на есть миролюбивой пляжной атмосфере, буквально взорвав ее своим неожиданным появлением. Упав на кромку воды, он вошел в мокрый песок на добрых полтора метра, раздавив гражданку Владимирову, для которой публичное раздевание было в этот день в первый и последний раз.
Пляж, казалось, вздрогнул от силы удара, выскочила пара зонтов, заплакали дети, осыпался песочный замок в ста метрах от места падения.
В отличие от Жюльена второй слон не умер сразу же, как ни парадоксально это могло показаться после падения с подобной высоты. Столпившиеся вокруг пришельца пляжники стали свидетелями подрагивания хвоста животного и видели, как из хобота шли пузыри.
Общими усилиями отдыхающие попытались вытащить гражданку Владимирову из-под самого большого земноводного млекопитающего, но их усилия не увенчались успехом. Решено было дожидаться приезда спасательной команды, скорой помощи и ментов.
Это второе свободное падение слона из ниоткуда взволновало общественность. Одно дело уникальное падение — одиночные необъяснимые явления в природе, увы, случаются, и самые точные научные приборы против них бессильны. С ними рано или поздно приходится смириться.
Но повторяющийся феномен требует публичного объяснения.
А его-то как раз и не было.
А слоны тем временем продолжали падать.
За последующую неделю было зарегистрировано шесть случаев. Причем, зона этого «экологического бедствия» расширилась до диаметра в тысячу километров, а частота падений имела явную тенденцию к увеличению!
Феномен всколыхнул не только страну, но и весь мир.
Пресса не хотела больше писать ни о чем другом, кроме летающих слонов.
Лесные пожары в Южной Америке потухали в их тени. Принцесса, подавшая на громкий развод и рассчитывавшая на шумиху, оказалась раздавленной их могучей пятой, а супермаркет, рухнувший в городишке Сан-Пауло-да-Сильва на юге Бразилии, и вовсе удостоился всего лишь пары строк.
Мир науки гудел как взбудораженный улей. Было не совсем понятно, в чьей компетенции находится данный феномен: биологов, физиков, уфологов, «компетентных органов» или вообще специалистов по белой и черной магии. Поэтому «гудели» все.
Однако ни тем, ни другим, ни даже третьим дать объяснение феномену не удавалось. Международные и локальные коллоквиумы и семинары сменяли один другой, видеоконференции соперничали по накалу с теледебатами, но те и другие с неизменным финалом: участники расходились наговорившись, но в полной растерянности и недоумении.
Слоны же, казалось, посмеивались над стараниями людей и сыпались все обильнее.
Каждое падение неизменно привлекало массу народа. Специально созданная комиссия, состоящая из «слоноведов» из разных стран, в экстренном порядке выезжала на место и скрупулезно регистрировала параметры «падуна», а также географические и климатические предпосылки падения, время, температуру воздуха, скорость ветра. По силе повреждения самого животного, а также грунта, на который он приземлялся, вычислялась высота падения.
Феномен затмил собой все. Притупился интерес к генетически модифицированным растениям и их вреду для здоровья человека. Громкий случай рака головного мозга, напрямую спровоцированного чрезмерным использованием мобильного телефона, не вызвал того ажиотажа, который должен был бы вызвать. Первый подпольно клонированный человек хотя и привлек к себе широкий интерес общественности и был сравнен прессой по значимости с появлением падающих слонов, оказался как-то быстро забыт и рос как дерево в поле.
Из-за невозможности привлечь к себе внимание сократилось число самоубийств, громких разводов и террористов-смертников. Поостыли некоторые из горячих точек.