— Отлично, Михаил Семенович.
— Дядя Миша тоже сойдет.
Егор кивнул в знак согласия и, прихватив фонарик, вышел на улицу.
Кожи коснулась прохлада, легкий ветерок взъерошил волосы и слух уловил стрекотание сверчков. После щелчка белый круг света бросился на противоположные кусты: Егор приметил там движение и решил проверить. Справа налево по листве пробежала волна и под матерное мяуканье из листвы выскочил кот, а за ним сторожевой пес.
— Вот черти!
По черному небу мелькали россыпи звездного бисера. Дети за окнами боролись подушками, носились с обезьяньими возгласами и топотом сотрясали полы и стены деревянных и кирпичных корпусов. С этого дня лагерь оживал по-настоящему, ведь он жил только когда жили в нем. Он — это множество историй встреч и разлук, дружбы и предательства. И у каждого, кто бывал в детском лагере, есть своя, особенная, повторить которую не удастся больше никогда — ведь воспоминание создалось совпадением времени и места сотен человек. Каждая поездка в лагерь — это всегда новое приключение и новое воспоминание, которое будет согревать душу совершенно в другом возрасте и другой физической форме.
Оставшаяся часть круга обошлась без происшествий. Зайдя в строжку, Егор сразу же сел за стол и прижал ладони к горячей кружке.
— Тебе черный или зеленый? — отвлекся от телевизора охранник. — Кофе не предлагаю — нет. Нельзя мне.
— Зеленый, пожалуйста. Друг ваш вернулся?
— Боб? Нет еще. Волков тут отродясь не было, так что не переживай за него.
— Он меня чуть до смерти не напугал.
— Слышал. Опять поварского кота гонял?
— Ага. Выскочили из кустов, а котяра орал как ненормальный.
— Ну его можно понять, — старик закинул в кружки чайные пакетики и выставил сахарницу: — Мне нельзя, а ты сыпь сколько хочешь. Балуйся, пока молодой, так сказать.
— Спасибо. Можно я за пультом попью?
— Ладно. Только будь аккуратен.
Егор вместе с кружкой прихватил бутерброд и снял видеозапись с паузы. На быстрой перемотке мимо рюкзака мелькали десятки человеческих ног, шорт и юбок, кроссовок и сандаль.
— Кто же тебя забрал? — жуя спросил он рюкзак на экране.
На втором часу таймера на записи к рюкзаку подбежал Боб.
— Так-так. Кто это тут у нас?
На видео Боб обнюхала передний карман и ушки его тут же стали торчком. С большим усердием собака начала тыкаться носом в рюкзак со всех сторон:
— Курочку учуял, — включился в просмотр старик. — Курочка — его страсть. Особенно копченая. Вот же подлец.
Пес схватил рюкзак в зубы и поволок в сторону.
— Что сидишь — переключайся на одиннадцатую!
Егор нажал соответствующую кнопку и на мониторе появилась картинка в реальном времени: кустарник за сторожкой и тропинка к домику директора.
— Давай покажу, — старик потянулся к пульту.
Пока старик тянулся к клавиатуре, Егор увидел, как Зимин держит одной рукой прямоугольную картонку, похожую на фото, а второй бокал с чем-то темным.
Старик вернул на экран запись с Бобом и зажал комбинацию клавиш:
— Теперь при переключении на другую камеру, если есть запись, время синко. синхор..
— Синхронизируется.
— Да! И вуаля!
На видео пес потащил рюкзак за угол и дальше по тропинке.
— Зачем так далеко? Можно же было и в кустах все сделать?
— Э нет. Это когда голодный. А тут он сытый — в заначку потащил. На входе тщательно убираются — значит уже завтра дворник бы все нашел. Боб не глуп.
— Идем дальше?
— Сынок, с твоим появлением служба стала определенно веселее!
— Мы еще на нашли рюкзак.
— Все будет!
Старик ускорил перемотку. Дошли до следующей камеры: Боб волочет рюкзак к домику директора.
— Вот молодчик, — сказал охранник и ухмыльнулся: — Знает, что Зимина все сторонятся, значит к его дому не полезут.
— А Зимин вон дрыхнет на веранде. Хитер Ваш Боб, нашел же себе идеальный схрон.
— Мотаем.
— Что это было? — Егор вскочил с места и ткнул пальцем в монитор.
Старик нажал на паузу и спросил:
— Ты чего?
— Пустите-ка, сейчас покажу, — Егор вернул запись секунд на десять. — Вот здесь, у забора, видите?
— Что я там должен увидеть?
Егор начал тыкать в монитор, на что охранник погрозил пальцем и показал на пачку салфеток для экранов.
— Да потом! Вон тут белый кружок появляется и исчезает. И еще раз. И еще. Это блик?
— Давай-ка увеличим, — старик произвел нужные манипуляции. — Смотрим еще раз.