— Олег? Если ты еще хоть минуту прождешь, соскребать от пола будем всех троих!
***
Дверь со скрипом отворилась, и девушки увидели пугающую картину. В центре огромной комнаты, по углам которой горел добрый десяток свечей, располагалась пара широких
столов: на одном лежал посапывающий Олег, а на другом — София, в спальной футболке и с распущенными волосами. Ксения тут же бросилась к ребенку и, проведя быстрый осмотр, сообщила:
— Слава Богу, просто спит, — сказал она, и потянула мальчика со стола.
— И она, — ответила Катя, — странно.
— Да вообще пофиг, — Ксения понесла ребенка к выходу. — Мы сейчас же валим, дальше пусть Егор с друзьями разбираются.
Внезапно до девушек донесся знакомый треск, а яркий свет вынудил прикрыть глаза:
— Мы еще здесь, тупица! — крикнула Ксения, — Дай пройти!
Старшая вожатая скрылась в сенях, и в комнату вошел Егор.
— На улице ты был похож на Факела из Фантастической четверки, — улыбнувшись, сказала Катя, рассматривая вожатого в его нормальном обличие. — Можешь управлять им?
— Это вряд ли. Только договариваться. Теперь ты его не боишься? Он исчезнет, как мы закончим. Навсегда.
С улицы послышался голос Сомовой:
— Морозова, а ну выходи, быстро! Мы уезжаем!
— Иди, — Егор указал на дверь и перевел взгляд на спящую Софию. — Никто не знает, что сейчас произойдет.
Сон Дымовой прервался, София открыла глаза и слабым голосом спросила:
— Егор, это ты?
Пламя охватило руки, парень испуганно посмотрел на них, потом на Катю:
— Он берет верх. Я…я не…
Яркая вспышка и голова Егора покрылась черной коркой. В ней двумя тонкими полосками прорезались горящие глаза. Следом полыхнула одежда и, увидев оплавленный смартфон, Катя вскрикнула. Черная корка треснула на месте рта, и девушка услышала низкий хриплый голос:
— Беги-и-и-и!
— Живо уезжайте, — приказал Старый и подтолкнул Сомову к тарахтящей «Четверке». Пока сырая до нитки вожатая препиралась с ним, Олег мирно спал на заднем сидении и тихонько шевелил губами.
— Без Кати не уеду.
Охотник обернулся на звук шагов и плеск воды за спиной:
— Вот твоя подруга. Теперь валите отсюда!
Ксения кивнула и, вернувшись в машину, села рядом с ребенком:
— Катя, скорее!
Из дома донёсся пронзительный крик и Морозова остановилась.
— Дура, не стой, езжай! — крикнул Старый и достал из багажника «Субару» пару ружей — себе и напарнице.
— Сейчас тут будет жарко, — добавила Марта и щелкнула затвором.
Катя обернулась на дом, от пляшущего в его окнах света в ее груди что-то сжалось:
— Ксю, без меня. Прости, но я не могу его бросить. Увези Олега, скорее.
Сомова хотела возразить, но не нашла слов. Кивнула и пересела на место водителя.
— Я вернусь за тобой, — крикнула она и развернула автомобиль на обратный путь.
— Зря, — сказал Старик и передал Морозовой фонарик. — Не нужно тебе такое видеть.
— Я уже.
София поднялась со стола и в недоумении зарыдала:
— Почему я дома? Почему ты весь в огне и где бабушка?
Горящий силуэт приблизился на шаг:
— Не увиливай, — искаженный голос Егора наводил ужас. — Тебя поймали с поличным, ведьма.
— С поличным? — глаза девушки забегали, София отступала, ища руками опору. — О чем ты?
— Пропал Олег и — о, чудо! — он у тебя дома.
— Я не делала этого. Не помню!
— А ведьму отрицать не стала?
— У меня есть дар, но и ты такой же!
— Дар — продлевать свою жизнь жизнью других? Я не такой же!
— Что? Мне такое не подвластно — настойки там, обереги, но это все!
Егор навис над Софией и замахнулся для удара:
— Хватит лгать! Ты следила за ним, есть свидетели!
— Признаю, следила! Но лишь потому, что хотела понять, что вы оба такое! Как мне с тобой поладить, я же лю…
— Прекрати, София! Или лучше Алла? Что скажешь?
— Алла? Причем тут мама?
— Ифрит, нет! — крикнул Егор и упал на колени.
Трещина рта затянулась, зазоры глаз расширились, и языки пламени из них напугали девушку так, что она истошно завопила.
— Готовься, — Старый кивнул напарнице, потом Кате.
— Я могу чем-то помочь?
— Да, — согласилась Марта, — не мешайся под ногами. Старый, идем.
Обугленная рука схватила ведьму за горло и подняла в воздухе. Пламя Егора распалилось пуще прежнего, и по его черным пальцам перешло девушке на лицо.
— Не-е-ет! — кричала София. — Я же люблю тебя!
Хватка духа усилилась, и появился шанс, что девушка задохнется раньше, чем огонь поглотит ее бренное тело.