- Рид, обеспечиваешь периметр, - повторил Хэнк, игнорируя его комментарий, но в его взгляде промелькнуло понимание. Гэвин, как всегда, был груб, но прав по сути. - Изоляция и безопасность - твоя зона. Федералам скажи, что объекты потенциально активны и опасны. Пусть едут с полным комплектом для обезвреживания. И, Коннор... Он повернулся к напарнику. - Магнитный импульс - только если на сто процентов уверен в протоколе. Никакой самодеятельности.
Техники засуетились. Началась осторожная, кропотливая эвакуация «спящего цеха».
Отделы слаженно и активно работали, но в относительно тихом углу ангара на планшете Коннора замигал вызов. Зашифрованный, с приоритетным кодом. Видеосвязь. Коннор принял её, отойдя в тень. Хэнк остался в поле зрения, прислонившись к стойке с инструментами и наблюдая за протоколом, но вне кадра.
На экране возникло лицо Маркуса. Спокойное, сосредоточенное, но в глубине карих глаз горел холодный, жёсткий огонь.
- Коннор. Вижу обстановку. Как твоё состояние?
- Временно стабилизирован, - ответил Коннор, его голос звучал ровно, как отчёт. - Повреждения не критичны для продолжения работы.
- Это хорошо, - сказал Маркус. - И плохо. Ты знаешь, что произошедшее здесь - не просто преступление. Это акт террора против нашего народа. Посыл предельно ясен.
Он сделал паузу, давая словам нависнуть в цифровом эфире.
- По нашим законам Иерихона и по новому межвидовому протоколу, я, как представитель синтетической общины, имею право требовать участия в расследовании. Более того, я настаиваю. И я прошу. Я прошу, чтобы именно ты и лейтенант Андерсон стали нашим связующим звеном. Я доверяю тебе. Городской полиции… - он едва заметно запнулся, выбирая слово, - её приоритеты иногда расходятся с нашей безопасностью. Я не могу допустить, чтобы это дело положили под сукно из политической целесообразности.
Коннор молчал секунду, анализируя не только слова, но и подтекст: политический вес, давление, скрытую тревогу. Он почувствовал, как его временные соединения в плечевом суставе подают слабый сигнал напряжения.
- Я польщён, Маркус, - наконец сказал он, но в его ровном тоне прозвучала не только сухая ирония, а что-то более уязвимое - лёгкая, едва уловимая скованность. - Но как связующее звено я в данный момент… не являюсь оптимальным интерфейсом. Меня здесь восстановили на минимально допустимом уровне функциональности. Я скорее напоминаю наскоро собранный макет, чем полноценный проводник.
Он сделал микроскопическую паузу, чего почти никогда не случалось в его безупречной речи. -Мои сенсоры работают с погрешностью в 3.7%, а двигательные функции требуют повышенного расхода энергии. Это может повлиять на эффективность и поставить под угрозу оперативные данные.
Из-за спины донёсся хриплый, недовольный голос Хэнка:
-Эй, Мать Тереза, хватит там себя недооценивать. Ты держишься - и ладно. А «оптимальный интерфейс» - это тот, кто не засоряет голову политикой.
Коннор слегка повернул голову, кивнув Хэнку, но вернулся к экрану. Это была не просто констатация факта. Это было почти что… оправдание. Звучащее из уст того, кто обычно говорил только о процентах и вероятностях, а не о собственном несовершенстве.
На губах Маркуса дрогнуло что-то, отдалённо напоминающее улыбку, но в глазах не стало теплее.
-Я слышу лейтенанта. И он прав по-своему. Знаю о твоём состоянии, Коннор. Мы отслеживали твой сигнал. Но именно сейчас нам нужен не безупречный инструмент, а тот, кто понимает обе стороны. Кто знает цену жизни - и человеческой, и нашей. Эти нелюди, - голос Маркуса стал твёрдым, как сталь, - должны быть найдены. И осуждены публично, по всем нашим новым законам. Чтобы это больше не повторялось.
Хэнк, скрестив руки на груди, шагнул так, чтобы его было видно в углу кадра, но не полностью.
-Публичный процесс, политика… Ладно. Но сначала - улики и задержание. Ты хочешь быть в курсе, Маркус? Прекрасно. Формальности оформлю. Коннор в деле. Но он не ходячая ширма для твоих пресс-конференций. Понятно?
Маркус внимательно посмотрел на Хэнка, затем снова на Коннора.
-Я не использую своих друзей, лейтенант. Я их защищаю. Двери Иерихона открыты для вас обоих. Но сначала сделайте свою работу. Возьмите это дело под свой полный контроль. Официально, через каналы. Используйте мой статус, если нужно, как рычаг. Наймите меня как консультанта, если это облегчит доступ. Но найдите их.
Связь прервалась. Коннор опустил планшет, его процессоры всё ещё обрабатывали тонкие модуляции голоса Маркуса и скрытые смыслы.