И затем напала. Это не была грубая сила. Это была хирургическая точность. Гибрид двигался так, будто знал наизусть каждую схему, каждый узел Коннора. Он парировал первый захват Коннора, отвел удар в сторону и молниеносно нанес точечный удар в область плечевого сустава - критическое место для силовой передачи у модели RK800. Коннор отшатнулся, система предупреждения кричала о частичном повреждении. Гибрид не останавливался. Его пальцы, будто скальпели, рвались к панели на груди, к кластерам биокомпонентов.
- Коннор! Отойди! - После тут же грянул выстрел. Пуля ударила гибрида в плечо, сбив его прицел. Существо лишь дёрнулось, будто от ветра, и продолжило атаку, полностью сфокусировавшись на Конноре.
- Его нельзя убивать! - крикнул Коннор, блокируя очередной точный удар гибрида, который целился в стык на его предплечье. - Он может что-то знать! Он свидетель! -Коннор попытался поймать взгляд нападавшего,но глазницы были пусты, в них лишь тускло светились неопознанные сенсоры.
-Эй! Скажи что-нибудь! Кто ты? - его голос, обычно такой ровный, звучал сдавленно от усилия.
В ответ- лишь механическое шипение. Пальцы гибрида впились в поврежденный участок на груди Коннора, и с тихим щелчком один из периферийных модулей диагностики был вырван. Прежде чем компонент упал на пол, гибрид на долю секунды поднес его к своему виску. Раздался короткий, высокочастотный звук - сканирование.
- Видишь? Он не разбирает! Он исследует! - Коннор попытался вырваться, но гибрид, словно предугадывая каждое движение, уже выводил из строя его балансировочный узел на бедре. Коннор пошатнулся. - Он примеряет мои компоненты на себя!
-Коннор, отойди! Сейчас! - голос Хэнка был хриплым от ярости и ужаса. Он видел, как его напарник, его сын, методично разбирается на части прямо у него на глазах. Это была не драка. Это было вскрытие. Еще один модуль - на этот раз отвечающий за тактильный анализ - был вытащен и мгновенно отсканирован.
«Еще пара секунд, - холодная мысль пронзила Хэнка, - и он доберется до регулятора. Или процессора. И все».
До этого он стрелял предупредительно - в конечности, в опоры, пытаясь остановить, не уничтожить. Теперь его лицо стало каменной маской.
Гибрид, почувствовав смену тактики, начал уворачиваться от ствола с пугающей эффективностью, не прекращая своей работы над Коннором. Его движения стали еще более резкими, безжалостными. Он тянул время, чтобы успеть забрать главное.
- Хэнк, нет! - успел крикнуть Коннор, увидев, как ствол пистолета жестко зафиксировался, целиясь теперь не в ногу, а в центр масс, туда, где у обычного андроида располагался энергетический узел.
Выстрел грохнул в замкнутом пространстве. Гибрид дернулся, но не упал. Второй выстрел. Третий. Пули пробивали пластик, рикошетя от внутренних узлов. Существо наконец замерло, его конечности беспомощно дернулись в последнем спазме и застыли. Мертвая тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Хэнка и тихим шипением поврежденных систем Коннора, повисла в воздухе.
Коннор, спотыкаясь, поднялся на ноги. Глаза его горели не болью от ран, а чем-то другим - яростью, обидой, бессилием.
-Ты убил его! - его голос дрогнул. - Он был нашей единственной зацепкой! Его можно было обезвредить, изолировать, допросить!
-Допрашивать? - Хэнк грубо схватил Коннора за плечо, развернул к себе, показывая на вырванные, дымящиеся модули на его груди, на подтеки синтетической жидкости. - Смотри на себя! Он тебя живьем потрошил! Он не для разговоров был создан! Я видел его глаза… вернее, их отсутствие. Он смотрел на тебя как на набор запчастей!
- И поэтому мы должны были сохранить образец! Чтобы понять их технологию, их мотивы! Это была неоправданная эмоциональная реакция!
-Эмоциональная? - Хэнк отшатнулся, и в его взгляде вспыхнула такая боль и такая ярость, что Коннор на мгновение смолк. - Да, чёрт возьми, эмоциональная! Потому что я не могу смотреть, как моего партнера, моего… - он с трудом поймал дыхание, - как тебя разбирают на детали для какого-то очередного монстра! Улики?. Они нам найдут другие улики! А тебя, если я проморгаю еще одну секунду, мне уже никто не вернет. Понял? Никто!
Он говорил не как начальник с подчиненным. Он говорил как человек, который только что стоял на краю пропасти и с ужасом смотрел, как самое важное для него вот-вот в эту пропасть рухнет.
Коннор молчал. Его процессор лихорадочно анализировал: слова Хэнка, тон, микровыражения, учащенный пульс, адреналин в голосе. Данные складывались в неутешительный вывод: его собственная жизнь, в глазах Хэнка, имела приоритет над всем расследованием. Это было иррационально, но не менее приятно, значимо.