– Пожалуй, вы правы, кончать без него – удел одиноких.
– Вчера ко мне на работу заезжала Тереза. Она наконец рассталась со своим, ну и как всякой одинокой женщине спится ей паршиво. Я попыталась отогнать ее дурные мысли, но где там. Она же не слышит. Рыдает. Сегодня хочу заскочить к ней, так что задержусь.
– Думаешь, это окончательно? Они же сходятся по первому зову инстинктов.
– Не знаю. Она была без кольца, без сережек. Хотя я тоже так делаю. Даже удаляю номер из телефона, после ссор с тобой.
– Помогает?
– Как ни странно, очень.
– В подарках, видимо, собраны все обиды.
– Подарками они гасятся.
– Ты на что намекаешь?
– Давно их не было. Женщина без подарков вянет.
– Я знаю, что шопинг – лучшее средство от депрессий, но у тебя же все нормально вроде.
– Для профилактики.
– Хорошо, я выберу день. Так ты надолго?
– Как пойдет.
– Нет ничего печальней одиноких женщин.
– Думаешь, мужчины легче переживают одиночество?
– У них хватает ума понять, что если ты одинок, то ты не один – таких много.
– Что бы ты понимал в женском одиночестве. У женщин все иначе, когда им некому высказаться, плач их прячется внутри, скулит, как щенок. Видно, что он потерялся, теплый, преданный, напуган, тыкаясь в углы, он ищет ласки.
– Все ищут ласки, не только одинокие. Купи ей шоколадку. Это помогает.
– Шоколад у нее есть, она завела его сразу, после мужа, собачки и ребенка. Только сладкого в ее жизни от этого не прибавилось.
– Ох уж эти женщины! Вместо того чтобы быть сладкими самим, они почему-то ищут эту сладость на стороне. Они сами себя ни черта не знают и не понимают. Вот что ты про себя и про них знаешь?
– Знаю, что они любят.
– Кого любят?
– Да не кого, а что.
– Вот именно что все эти чувства к предметам любви в один прекрасный момент становятся беспредметными. Они не могут понять, что их счастье не может зависеть от других.
– Значит, мы не можем понять своего счастья?
– Да, выходит, не можете, если вам кажется, что счастье может зависеть от других, то вам показалось, это не счастье.
– Не счастье или несчастье? Я имею в виду слитно или раздельно? – проснулся в ней филологический инстинкт.
– Да какая разница! Кому-то надо раздельно, чтобы быть счастливым, кому-то вместе, чтобы несчастным.
– Какая жестокая у тебя формула любви.
– Дикая.
– Надеюсь, ты до вечера не одичаешь. Я пошла, – выскочило из кровати ее стройное тело и скрылось за дверью.
Кофе
Я смотрю на котлету. Она лежит голая, загорает под солнцем кухни.
– Это говядина? – спросил я Фортуну, пережевывая второй кусок мяса.
– Да, ты хотел свинину? – переживала по-своему Фортуна.
– Нет, я просто представил, как корова заходит ко мне в голову, в темноту, в рот, как в незнакомый сарай. Она боится этих оральных лабиринтов, идет на ощупь, а кругом только мясорубки челюстей, готовые в любой момент оттяпать ее плоть. В страхе одна ее нога проваливается между зубов, корова тянет ее изо всех сил и отрывает, уже без нее дальше движется медленно по пищеводу, как по пещере, ищет выход. Того гляди замычит.
– Может, тебе действительно надо стихи писать или сказки? Я смотрю, ты сегодня совсем без аппетита? Завари тогда кофе. У тебя хорошо получается.
Я любил варить кофе, его терпкий и ароматный запах успокаивает и настраивает мысли, как камертон. Кофе создает вокруг тебя маленький уютный Париж, по которому ты можешь бродить с сигаретой, с девушкой, с женой и, глядя в небо, штопать душевные раны Эйфелевой иголкой.
Холодная вода, кофе, немного корицы, половина чайной ложки сахара, щепотка соли. Краем глаза я замечаю, как пенка весело устремляется вверх. Главное – не упустить момент.
– Хочется завернуться в этот аромат, – убрала со стола тарелки Фортуна. Я разлил кофе в чашки.
– Может, ты тоже сядешь? – взяла в руки фарфор жена.
– Сейчас, только закурю!
– Это ее прибьет окончательно.
– Кого?
– Твою корову. Кстати, курить после еды вредно. – Вот так маленькими глотками жена убивает кофе и меня. Женщины убивают глоточками.
– Я все еще ощущаю ее ногу меж зубов, плотно засела и это начинает их беспокоить, а меня нервировать, – затягиваюсь снова и пытаюсь вызволить мясо кончиком языка. Однако тщетно, нужны подручные инструменты.
– Только не надо пальцами, ты же не стоматолог.
– А где у нас ниточка для зубов?
– Нитка в ванной перед зеркалом на полочке, – целуясь со своей чашкой, отпустила меня жена.