— Пап, — вновь послышался голос девочки.
— Есть еще один момент, — сказал Селексин.
— Ну, пап! — уже закричала Холли.
— Что такое, малышка? — спросил Свейн у дочери.
— Тебя к телефону, — улыбаясь, ответила девочка, держа в руках трубку с обрезанным проводом. — Возьми трубочку.
Свейн наклонился к дочери и взял трубку. Глядя на Холли, он начал говорить: «Да-да, привет. Как у тебя дела? Да, все нормально. Ну, я сейчас немного занят, Могу я перезвонить тебе позже? Ну, пока, созвонимся». Он отдал телефон Холли. Довольная, она схватила трубку, сделала шаг назад и встала рядом с карликом.
— Твоя дочь — очаровательная девочка, — произнес Селексин. Он был совершенно спокоен.
— Спасибо, — поблагодарил своего проводника Свейн.
— Но я должен сказать, что вам будет намного сложнее остаться в живых вместе с ней. Она доставит вам много хлопот.
— Что?
— Я просто хотел заметить, что вам будет непросто выжить вместе с Холи, — сказал Селексин, — У вас было бы больше шансов остаться в живых, если бы мы спрятали девочку. На время Состязания. Если вы останетесь в живых, то сможете забрать ее с собой. Я полагаю, вы волнуетесь за ее жизнь.
— Разумеется, — произнес Свейн.
— Значит, — продолжал человечек, — если вам удастся выйти из схватки победителем, то она не пострадает. В любом случае стремясь защитить ее от других, вы... Вы могли бы сделать так, чтобы...
— Вы хотите сказать, что она будет для меня обузой и, защищая ее, я стану подвергать опасности свою жизнь? — спросил Свейн. — Значит так. Это моя дочь. Куда я, туда и она. Все, вопрос закрыт. Никаких обсуждений по этому поводу.
Селексин сделал шаг назад.
— Да, и еще одно, — добавил Свейн. — Если с нами что-то случится и мы потеряемся в лабиринте, то я надеюсь, что вы позаботитесь о ней. Не просто спрячете в каком-нибудь укромном месте, где на нее никто не наткнется, а сделаете все, чтобы с ней ничего — НИЧЕГО — не случилось. Вы поняли, что я сказал? Селексин поклонился.
— Я ошибался, — сказал он. — От всего сердца приношу свои извинения. Я не представлял, что вы так привязаны к этой девочке. Я обещаю сделать все, что в моих силах, чтобы Холли не пострадала. Я постараюсь выполнить ваше пожелание.
— Спасибо. Я очень это ценю, — произнес Свейн. — Вы говорили, что есть еще кое-что, о чем мне следует знать.
— Да, — ответил Селексин. — Это касается Состязания, точнее собственно схватки. Всякий раз, когда один из участников наносят поражение другому, факт уничтожения должен быть подтвержден.
— Хорошо.
— Это моя задача. Подтвердить уничтожение должен я, — сказал Селексин.
— Вы обязаны подтвердить, что я убил другого участника? То есть, вы будете свидетельствовать? — спросил Свейн карлика.
— Не совсем так. Я не свидетель. Мне необходимо открыть пространственное окно для Свидетеля, — ответил Селексин.
— Пространственное окно?!
Селексин остановился и повернулся к Свейну:
— Да. И только вы можете дать мне команду на открытые пространственного окна. Если вам не трудно, не могли бы вы сказать: «Начать инициализацию»?
— Начать инициализацию? — повторил Свейн. — Зачем мне это говорить?
И вдруг пучок яркого света осветил всю лестничную площадку. Он был примерно тридцать сантиметров в диаметре и возник прямо над головой Селексина. Сияние вокруг головы напоминало нимб, как у святого.
— Что это? — спросил Свейн.
— Этот свет идет прямо из шляпы, что на голове карлика, — с восхищением в голосе произнесла Холли.
Селексин посмотрел на девочку: он был несколько удивлен.
— Да, совершенно верно. Моя старая шляпа — устройство для телепортации, но оно не очень мощное. Если вам не трудно, господин Свейн скажите: «Отменить инициализацию», чтобы там не подумали, будто вы уже кого-нибудь уничтожили.
— О" Да, конечно... то есть — Отменить инициализацию, — произнес Свейн, и пучок яркого света тут же исчез.
— Я что-то не расслышал, или вы сказали, что это устройство для телепортации? — спросил Свейн у карлика.
— Нет, все верно, это действительно устройство для телепортации. Только оно намного менее мощное, чем то, с помощью которого вас перенесли сюда.
Это скорее передатчик. Я передаю информацию туда, где находится Свидетель. Вот он-то и подтверждает факт уничтожения участника.
Свейн смотрел на белую шляпу на голове Селексина.
— И что, передача информации идет отсюда? — он пальцем указал на голову карлика.
— Да.
— Понятно, — произнес Свейн и продолжил двигаться дальше вниз по лестнице.
Селексин молча следовал за ним.
— Могу я узнать, куда мы идем? — спросил он, не выдержав напряжения.
— Вниз, — ответила ему Холли, пожала плечами и произнесла:
«Дрр-р-р-р-р-р-р-р».
Карлик нахмурился: он был озадачен.
Свейн также пожал плечами и, посмотрев на дочь, сказал: «Вниз». Он подмигнул Холли, чтобы скрыть собственное волнение и страх. Девочка заговорщицки усмехнулась, и они продолжили спускаться по лестнице.
Оператор распределительного щита с недоумением смотрела на монитор.
— Когда же все это кончится! — думала она.
На мониторе вот уже несколько часов мигали огни, которые свидетельствовали о том, что сотни телефонных звонков остаются неотмеченными. Женщина глубоко вздохнула, нажала на кнопку и произнесла:
— Добрый вечер, Справочная компании «Эдисон». Меня зовут Сэнди, чем я могу вам помочь?
Она услышала низкий голос мужчины, очередного жителя Нью-Йорка, который выражал свое недовольство. Когда звонивший прекратил кричать, она набрала на своем пульте код 401 и кулаком ударила по столу.
Это была четырнадцатая жалоба за последний час. Суда по всему, звонки с жалобами поступали из центра Манхэттена, точнее, с 212-ого участка. Код 401 означал, что, возможно, в главном трансформаторе произошло короткое замыкание. Дежурный оператор посмотрела на монитор, где высветилась надпись: «Короткое замыкание в трансформаторе, причины выясняются».