«Живой Корень» оказался не базой отдыха, а лесной усадьбой: несколько коттеджей, главный дом, аккуратные дорожки, цветы. Всё — ухоженное, но не пышное. Живое.
Мужчина остановился у ворот. Они распахнулись сами.
— Вот мы и приехали.
Он протянул мне визитку — белую, матовую. Только имя и номер: Олег Лебедев. Ничего лишнего.
— На случай, если что-то ещё подведёт.
— Спасибо, — сказала я, пряча карточку в карман, как талисман. — Сколько я вам должна?
Он посмотрел на меня — не оценивающе, не любопытно, а… бережно.
— Удачи вам, — произнёс он, завершая так и не начавшийся диалог.
Статус замужней женщины обязывал: ни флирта, ни намёков, ни малейшего неподобающего жеста. Однако я позволила себе лишь одно — признать, что новый знакомый необычайно обаятельный. В нём была та редкая спокойная уверенность, которая невольно притягивала. И тогда моя измученная эмоциональными бурями душа на секунду нарисовала невозможное: жизнь с человеком, который не швыряет тебя из крайности в крайность, а просто… держит равновесие. Я тут же испуганно отогнала видение, будто поймала себя на преступлении.
Выйдя из машины — я сразу встретилась глазами с Лизой.
Она смотрела на меня из окна.
Её глаза расширились. Рот приоткрылся. Она развернулась — и побежала.
Через минуту она уже спускалась с крыльца. Перепрыгивая через ступеньки, неслась ко мне, будто мы вчера только расстались.
Я сделала шаг, уже чувствуя, как обнимаю её…
Но в тот же миг Лиза, словно я была пустым местом, обогнула меня — и с пугающей лёгкостью оказалась в объятиях Олега Лебедева. Моего нового знакомого.
Руки мои беспомощно повисли, а в груди что‑то оборвалось.
Глава 4.
Лиза выглядела точно так же, как и всегда: худоба, длинные волосы, лицо, будто вылепленное из фарфора. Но стоило задержать взгляд чуть дольше — и сердце ёкнуло: живот уже начал округляться. Неприметно, но необратимо.
Я разглядывала её, не скрываясь. А она — не обращала внимания. Вместо этого взяла ладони Олега и, прижав то одну, то другую к вискам, коснулась ими лба — будто совершала древний ритуал, известный только им двоем.
— Моё солнце и моя луна, — прошептала она, — господин моей жизни и моего сердца… Я так тосковала.
Она уткнулась лбом ему в грудь. Он обнял её — не как возлюбленную, а как нечто хрупкое, что может рассыпаться от малейшего дуновения.
— Мой маленький мир, — выдохнул он ей на ухо. — Я вернулся.
Мне стало неловко. Не просто «вовремя не застала» — а так, будто я вторглась в святилище, куда чужому взгляду не место.
— Лиза, — сказала я глухо.
Они обернулись. Сестра — с раздражением. Олег — с той же спокойной внимательностью, с которой смотрят на незнакомую птицу у окна.
— Это моя сестра Анна, — сказала она, не отпуская его руки. — А это мой муж Олег.
Я кивнула. Теперь смотрела не на спасителя с дороги, а на человека, который держит мою сестру, как держат последний лепесток на цветке.
Вместе они смотрелись странно. Не как пара — как защитник и защищаемая. Слишком разные по возрасту, по силе, по манере дышать. И в этом была тревога — та, что не назовёшь, но чувствуешь кожей, как приближение грозы.
— Приятно познакомиться, — сказала я. Голос предал — вышел тихим, сиплым.
Олег кивнул на вход.
— Проходите.
— Идите, я сейчас, — ответила я и шагнула в сторону.
В душе закрутился колейдоскоп чувств, и та лёгкая симпатия, что ещё недавно жила во мне, сгорела дотла. Всё изменилось в тот миг, когда я поняла: Олег — возлюбленный моей сестры. А ведь до этого он производил самое приятное впечатление.
Сколько ему? Сорок? Сорок пять?
Разве взрослый, адекватный мужчина способен увидеть в детских чертах моей сестры женщину? Она ведь ещё ребёнок!
Злые слёзы подступили к глазам.
Как только они скрылись за дверью, достала телефон. Максим ответил сразу.
— Ты была занята?
Голос — ровный. Но под ним уже шевелилась змея.
Я рассказала всё: про машину, про Живой Корень, про встречу. Про Олега сказала сдержанно: «Жених сестры, подвёз». Опустила детали: сколько длилась поездка, как он на меня смотрел, что я при этом чувствовала.
Максим молчал. Потом — тихо, почти шепотом:
— Зря я отпустил тебя одну.
Пауза.
— Сегодня приеду. И когда мы вернёмся домой, ты больше не выйдешь за порог без меня.
— Максим, что ты говоришь?! — вырвалось у меня.
— Я чувствую, что ты мне врёшь, — прошипел он. — Маленькая лживая тварь. Жди. Я скоро буду.