— А отсюда в наш мир?
— В любое, — подтвердил Бандали.
«Какая точка окружности ближе к центру?» — вспомнил Сашка Батона и сразу подумал, где-то он сейчас может находиться. Вот здорово, если совсем неподалеку!
Сашка улыбнулся, но вспомнил рассуждения Маши о местной власти и снова стал слушать, что говорит Бандали.
— Мы называем ее Внешней Границей, — услышал он, и тут на галерее раздался нежный девчоночий голосок.
Бандали встал из-за стола.
— Познакомьтесь, это Ферна, дочь хозяина замка, — представил он ребятам подошедшую к ним девочку моложе их года на два, которая в ответ церемонно склонила голову.
Длинные густые русые волосы скрыли на мгновение лицо. Андрей быстро поклонился в ответ. Его примеру последовали и Сашка с Машей.
Девочка была одета в простое белое платье до колен и обычные здесь сандалии. Ясные карие глаза с интересом смотрели на ребят из-под тонких, вразлет, бровей. Хотя вокруг всё просто купалось в солнце, кожа ее была незагорелая и ровная, словно матовая. Ферна по очереди взглянула на Машу, Сашку и Андрея, который не сводил с нее глаз, а потом сказала, мягко выговаривая слова:
— Я слышала, вы послали за моим отцом. А когда он будет?
С вежливой интонацией Бандали ей ответил:
— Я думаю, он уже где-то близко. Если желаешь, можешь подождать здесь.
— Спасибо, но кажется, это не очень удобно, — сказала Ферна и чуть заметно прыснула, когда Андрей опрокинул стакан на скатерть.
— Очень даже удобно, — пробормотал тот, покраснев как рак. Ферна посмотрела в его сторону, глаза ее смеялись.
В дальнем конце галереи послышались шаги. Бандали посерьезнел. Извинившись перед ребятами, Ферна побежала навстречу невысокому подтянутому человеку, который быстро шел в их сторону, но сбавил шаги, едва поравнялся с девочкой.
На груди его на короткой цепи горел в лучах солнца небольшой серебряный треугольник, который покачивался в такт шагам. Склонив лысую голову, человек стал слушать, что рассказывает ему девочка.
Рубленые черты его лица выражали нежность и внимание, невзирая на смертельную усталость, сквозившую во всем его облике. За его фигурой мелькнула другая, но сразу скрылась из виду, не успели ребята рассмотреть ее как следует.
— Добрый день, — деловито бросил человек, подходя к ребятам. — Я хозяин этого замка. — Он мельком глянул на Сашку, перевел взгляд на Андрея с Машей и представился: — Меня зовут Хавелок. Давно они здесь? — спросил он Бандали, что застыл рядом в почтительной позе.
— Они появились через полчаса после восхода, — ответил тот и добавил вполголоса: — Позвольте сообщить вам нечто срочное.
— Хорошо, — согласился Хавелок. Он кивнул ребятам и отвел Бандали в сторону, где тот прошептал ему что-то на ухо.
Бледно-голубые, почти прозрачные глаза вспыхнули на секунду, но в следующее мгновение Хавелок как ни в чем не бывало повернулся к ожидавшей его дочери.
— Отведи молодых людей в библиотеку, — мягко произнес он. — Мне сейчас не до них. Но к обеду я обязательно освобожусь и, побеседовав с ними, зайду к тебе. Договорились?
Вместо ответа Ферна чмокнула отца в щеку. Хавелок стремительно зашагал по галерее туда, откуда пришел.
Ферна повернулась к ребятам, что давно возвышались над столом в ожидании дальнейших событий.
— Пойдемте! — сказала она.
После разговора с Бандали Сашку не покидало ощущение, что им навязали некий сценарий, а Маше не нравилось, что всё идет столь благостно и гладко. Счастлив был один только Андрей, так что он первый и подскочил к девочке, оглянувшись в нетерпении на друзей.
— Ну, чего вы стоите?
Все трое молча двинулись следом за Ферной тем самым путем, которым вел их до этого Бандали. Уже ступив на знакомый ковер, они услышали голос Хавелока, беседовавшего с человеком в донельзя запыленной куртке и покрытых грязью штанах.
— Императорский Ментор? — чуть слышно прошептал Хавелок.
Лицо его посерело. Глубоко посаженные глаза остановились на направлявшихся к лестнице ребятах.
— Молодой человек! — воскликнул Хавелок и, подскочив к Сашке, придержал его за локоть. — Постойте-ка… А вы идите, — с несколько напряженной улыбкой бросил он застывшим в ожидании Маше с Андреем. — Ваш друг скоро вернется.
Продолжая удерживать Сашку за локоть, Хавелок направился с ним по той же лестнице, только вниз.
— Мне надо тебе кое-что показать, — сказал он, искоса глядя на Сашку, который спускался в недоумении, что это может быть, что хозяин замка захотел показать ему — кто только этим утром заявился впервые сюда.
— Значит, ты и есть тот мальчик, что играл здесь когда-то в песочке? А мама твоя знает, где ты сейчас? — услышал он и мысленно выругался по поводу Андрея, разболтавшего Бандали о случае из детства.
— Нет, не знает, — ответил Сашка. Он отметил, что они спустились на один пролет и продолжают идти дальше.
«Куда это мы направляемся?» — подумал он тревожно. Хавелок тем временем пробормотал себе под нос:
— Как всё не вовремя, как не вовремя! Я представлял это несколько иначе, но теперь следует выбирать из того, что предоставляет судьба.
Он обернулся к Сашке. На лысой голове блестели мелкие капельки пота.
— Ты знаешь, что дверь, сквозь которую вы сегодня утром прошли, открывается только раз в году и всего на три дня?
— Не знаю, — ответил Сашка. — Вы хотите сказать, что нам отчаянно повезло?
— Нет, — возразил Хавелок останавливаясь. — Я хочу сказать, что она сама открывается на четыре минуты три дня подряд раз в году. Начиная со дня первого летнего гелиактического восхода Сириуса. Поэтому я и удивился, услышав, что вы здесь — пока не сообразил, что произошло. Вы открыли ее с помощью Навигатора, так? — спросил он.
— Так, — признался Сашка. — А разве сегодня не последний день такого восхода?
Услышав эти слова, Хавелок рассмеялся:
— Что? Откуда ты это взял?
— С одного астрологического сайта, — сказал Сашка, припомнив слова Андрея.
Хавелок, казалось, растерялся, выпучив белесые, в красных прожилках, глаза.
— Вы узнавали дату у астрологов? У этих шарлатанов? — Он удивленно покачал головой, наводившей на мысль о скалистой горной вершине. — Нет, я не стану отрицать, что для одинокой стареющей экзальтированной женщины верить астрологам нормально, но чтобы люди вашего возраста верили в эту чушь?
Он махнул рукой и снова застучал сапогами по каменным ступеням лестницы.
— Ладно, как бы то ни было, мы уже пришли, — сказал он, открывая толстую деревянную дверь в мрачный тесный неоштукатуренный коридор с полукруглым сводом, где стояла тяжелая ватная тишина.
— Нам сюда, — показал он направо и первый поспешил вперед. Сашка послушно пошел следом.
Всё это начинало ему очень не нравиться. И больно легкое проникновение в тоннель, ведущий к Хранилищу, и радушный прием Бандали, и его откровенность, и то, как он управлял разговором, ожидая чего-то, а он именно управлял им, понял вдруг Сашка, и та странная фигура, мелькнувшая за спиной Хавелока на галерее, такая знакомая фигура, да и сам Хавелок, резкий, быстрый, настроение которого стремительно менялось.
В левой стене коридора показались далеко отстоящие друг от друга двери, все запертые и все железные, как в тюрьме. И вдруг Сашка понял — это и есть тюрьма. Еще он понял, что их тут ждали. Их тут с самого начала ждали — именно их. Это прямо следовало из странного разговора на галерее и еще более странного разговора на лестнице, просто Сашка не сразу сообразил сложить их вместе, отвлеченный рассуждениями Хавелока об астрологии.
Он насторожился и стал внимательно следить за идущим впереди человеком, одновременно разглядывая всё вокруг. Они достигли поворота, перед которым Хавелок попросил подождать, а сам скрылся за ним. Но Сашка ждать не стал.
Надо опережать противника хотя бы на полшага, мелькнула у него мысль, и тогда есть шанс его переиграть. А что Хавелок противник, Сашка уже не сомневался. Он бесшумно последовал за Хавелоком, повернул за угол и увидел впереди охранников, одетых как те, что были на галерее. Три здоровых мужика стояли напротив камеры, ожидающе повернув головы в сторону подходившего к ним хозяина.