«Мне до сих пор не верится, что ты решила провести ночь здесь».
– Всё когда-нибудь случается в первый раз.
«Главное, чтобы потом не было больно».
– Ничего страшного. У меня высокий порог чувствительности.
Ваня снова показался в помещении. Я разлила чай по кружкам и раздала всем по куску пиццы.
20.03.
Поздний ужин был окончен. Через час по расписанию планировался отбой.
– Как с Настей дела? – поинтересовалась я у санитара, когда тот мыл кружки в комнате для персонала.
– Вы с ней хорошие подруги?
– Не так, чтобы очень…
– Ты с ней, наверное, очень редко общаешься…
– Почему ты так думаешь?
– Ян, давай начистоту? – предложил он, выключив воду.
– Давай, – согласилась я.
– Она… как бы это помягче сказать?
– Говори, как есть.
– Недалекая, что ли…
– То есть тупая?
– Ну, можно и так…
– Не могу не согласиться.
– Она же ничего не знает! Абсолютно! С ней говорить не о чем! Она считает, что «гильотина» – это блюдо итальянской кухни.
– Хах, итальянцы, конечно, извращенцы, но не до такой степени!
– Я знаю. Она учится так же?
– Ну… Когда ее спрашивают, что делать при желудочном кровотечении, она весело и смело отвечает, что надо положить горячую грелку.
– Бог ты мой! Она же – потенциальный убийца!
– Но может она еще изменится?
– Не знаю. Думаешь, стоит подождать?
Я пожала плечами.
20.21.
Я зашла в палату, улыбнулась Герману, взяла пакет с одеждой и направилась в санузел, чтобы переодеться.
Через пару минут я вернулась, но ни Германа, ни Вани не было в помещении.
20.32.
Санитар вернул пациента на кресле в палату.
– Где вы были? – поинтересовалась я.
– Умывались, – ответил Ваня, подвез мужчину к кровати, помог ему переместиться на нее.
– Не пристегивай, – попросила я.
– Опять смелую из себя строишь?
– Немного, – улыбнулась я, подошла к кровати, поправила подушку.
«Пойдем со мной!» – прочитала я по губам.
– Куда? – спросила я.
«Домой…»
Я улыбнулась, и в этот момент стало бесконечно тепло, словно укрыли пуховой шалью. Захотелось сделать глубокий вдох. Странно, но в ту секунду я вдруг осознала, что нигде не чувствую себя дома – ни у родителей, ни в своей квартире. Быть может, мой дом там, где Герман?
20.44.
На улице сгущались сумерки. Ваня зажег ночник, пожелал нам спокойной ночи и ушел. Я придвинула пустую кровать к той, на которой лежал Герман, выключила лампу, сняла балетки и залезла на постель.
Я села поближе к нему, поджав ноги и, упершись коленями в его бок.
– Как бы мне хотелось, чтобы хоть малая доля того, что происходит с нами в твоем мире, случилась здесь.
На улице почти стемнело, но яркая луна настойчиво освещала лицо Германа.
«Там мы можем быть теми, кем хотим», – прочитала я по губам.
– Ты думаешь, что я хочу быть девочкой – подростком в кукольном платье?
«Тебе идет этот образ».
– Так ты с самого начала видел меня такой? Как только я зашла в твою палату?
«Боже, до чего ты любопытная!»
– Не уходи от вопроса! – обиделась в шутку я.
«Я и не думал!»
21.01.
– Как говорит моя подруга Женя, – устраиваясь поудобнее в его объятиях, бормотала я, – после плотного обеда, по закону Архимеда, чтобы жиром не заплыть, надо срочно покурить.
Герман дернулся и отстранился от меня.
«Ты куришь?» – прочитала я на лице, полном удивления.
– Нет. Это она курит.
«Смотри у меня!»
– У тебя? – возмутилась я. – В каком смысле?
«Я не переношу табачного дыма. Особенно на тебе!»
– Но на мне его никогда и не было.
«И не будет!» – мне показалось, что, если бы он всё это говорил вслух, то эту фразу обязательно бы крикнул.
Я уткнулась лбом в его ключицу, вдохнула его запах и закрыла глаза.
03.08.2006 – четверг
1.33.
Меня что-то сильно толкнуло в бок. Я испуганно открыла глаза и увидела, как Герман «душит» подушку. Он стонал. На лбу проступил пот. Мне стало жутко, но я, поборов все страхи, приблизилась к нему и обняла за плечи.
– Тихо, тихо… – шептала я ему в ухо, словно убаюкивая.
Что ему приснилось, я не знала. За эти четыре часа он не соизволил впустить меня в свой мир.
Я держала его голову, так что она была в моих руках, прижатая к моей груди. Я осторожно покачивалась из стороны в сторону, будто укачивала ребёнка.
Он открыл глаза и вгляделся в мое напуганное лицо.
«Спасибо!» – прочитала я.
– За что?
«Я чуть было не погиб в реальности, сражаясь во сне с самим собой».
– Впусти меня в свой мир, – просила я его, словно портал в наших фантазиях был закрыт для меня.