– Куда пойдешь после школы? – как-то глупо прозвучал мой вопрос после того, как он отложил телефон.
– Не знаю. Какие институты есть в нашем городе?
– Кроме медицинского? Есть ещё педагогический и… какой-то… В общем там на инженеров учат, физиков, химиков…
– Может в педагоги податься? – усмехнулся он.
– И что будешь преподавать? – удивилась я.
– Можно историю, языки…
– А какие языки тебе больше нравятся?
– Немецкий, но я и английский перевариваю.
– В принципе, можно подумать над этим вопросом.
– Малышка, прекрати фантазировать. Меня не допустят к детям.
– Почему?
– Я двадцать лет провел в психиатрических клиниках! Кто возьмёт психа в школу преподавать?
– Директор нашей гимназии.
– У него пока ещё нет маразма!
– Я организую тебе комиссию. Никто не узнает, где ты провел два последних десятилетия.
– Не надо.
– Ладно. Давай это потом обсудим. Я лично схожу к директору школы.
– Как пожелаешь, – сдался он, не намереваясь продолжать этот спор.
Я видела, что он расстроен. Как-нибудь отправлюсь в гимназию, пока он будет в автошколе.
Через некоторое время я села за лекции и начала готовиться к завтрашней учебе.
20.00.
С подготовкой было покончено.
– Кстати, – опомнилась я, – тебе ещё надо будет пройти медосмотр для вождения.
– Я разговаривал с Ваней на этот счёт сегодня. Он сказал, что достаточно будет переписать все результаты из моей карты.
– Ага, а карта из психиатрической клиники!
– Нет. Моя обычная. Амбулаторная… Или как там она называется? Медсестра туда всё написала.
– В таком случае, это даже лучше.
22.15.
Мы посмотрели телевизор и легли спать. Нам обоим завтра предстоял тяжёлый день.
05.09.2006 – вторник
8.03.
Утро окутало теплой шалью комнату, пробившись осенним солнцем сквозь шторы.
– Я проспала! – бегая по квартире, кричала я.
Герман стоял, облокотившись на шкаф, сложив руки на груди, и отрешенно смотрел на меня.
– Так, когда у тебя занятия? – между делом, застёгивая джинсы и параллельно засовывая в рюкзак учебник, спросила я.
– Не знаю. Мама должна позвонить и сказать.
Я быстро его поцеловала и выбежала на лестничную клетку.
8.49.
– Почему вы опоздали? – гладя на меня, застёгивавшую халат и стоящую в дверях, поинтересовался профессор.
– Так сложились обстоятельства… – виновато пояснила я.
– Ладно, проходите.
Я пулей взлетела на последний ряд и, разложив тетради и учебники, выдохнула.
– Ну, допустим, – прозвучал голос Жени, сидевшей рядом, – «так сложились обстоятельства» и, конечно, препод не стал вдаваться в подробности, чего не скажешь обо мне…
– Я проспала, – честно призналась я.
– Чем вы таким громким занимались, что не услышали будильника?
– Я забыла его поставить.
– Ммм, – двусмысленно протянула моя подруга.
– Не начинай! – прервала я её фантазии.
– Даже не думала, – улыбнулась она.
15.37.
– Тебя подбросить? – предложила я Жене, когда мы вышли из института и покинули его территорию.
– Нет, спасибо, – она кивнула в сторону Вани, ждавшего её возле своей машины.
Я помахала ему рукой, поцеловала Женю в щеку и поехала домой.
15.54.
– Тише, – встретила меня в коридоре Ольга Павловна.
– Здравствуйте, – немного растерянно прошептала я, – а что происходит?
– Занимаются… – она указала на дверь, ведущую в комнату.
Мы ушли на кухню, где я поставила чайник.
– Знаешь, – обратилась ко мне мама Германа, – он говорил сегодня со мной на одну тему…
Я видела, что ей неловко начинать беседу и посвящать меня в тайны её сына.
– Давай, то, что я тебе открою, останется строго между нами?
– Конечно, – заверила её я, сев напротив неё через стол.
– Видишь ли, Герман очень плохо себя чувствует…
– В каком смысле?
– В моральном.
Я постепенно начинала впадать в искренне недоумение, вызванное её странной фразой.
– Он хочет пойти работать, поскольку считает, что мужчина должен трудиться.
Я откинулась на спинку стула. Его мучали угрызения совести? Боже мой, кто бы мог подумать?!
– И какие варианты он рассматривает? – поинтересовалась я.
– Он сказал, что в какой-то фирме требуется охранник…
– Я смотрю, он уже всё узнал.
– Только, пожалуйста, не говори ему, что я тебе рассказала.
– Не скажу, конечно.
– Он сегодня ездил туда, узнавал… Может быть он тебе потом сообщит?