«Хороший мальчик», — устало думала она, двигаясь к «кайману». Они должны выбраться отсюда.
— Возвращайся в банк и достань видеозапись с этим типом, — сказал Грир Дизону, когда они добрались до верха. — Проверь каждый кадр и найди хотя бы один, чтобы мы могли идентифицировать этого засранца.
Дизон хрюкнул в знак согласия и хотел было сказать что-то про возможность достать из хранилища видеозаписи банка, когда они открыли дверь и вошли на чердак.
Едва Джессика запрыгнула в машину и провела рукой по замку зажигания, она поняла, нет ключей. Как в лихорадке, обыскала сиденья, выкинула все из бардачка и перерыла бумаги и другие мелкие предметы, которые там были. Ключи не показывались. О господи, должно быть, один из этих бандитов унес их с собой!
В течение нескольких минут Грир мог лишь стоять рядом с Дизоном и смотреть.
Тяжелый запах крови был сильным и гнетущим; настолько сильным, что даже у Грира слегка подогнулись колени, когда он вдохнул его. В теле, валяющемся на полу, он узнал Мэд Дога и тут же оглянулся в поисках Джессики Мартин. Ее тело должно лежать где-то неподалеку, потому как такое количество жидкости не могло вытечь из одного Мэд Дога. Ее здесь было слишком много, чересчур даже для такого большого ублюдка, как Мэд Дог. Тел должно быть больше. Два тела — Мэд Дога и сучки Мартина: они, должно быть, убили друг друга, потому что эта избалованная маленькая сучка уж никак не могла завалить Дога и оставить его помирать в луже собственной крови.
Но единственное, что он увидел, были останки разбитого телефона с оборванным кабелем. Который недавно выдернули из стены. «И который он разнес своей кувалдой», — понял Грир. Что бы ни сделал Мэд Дог, он сделал это слишком поздно.
Небольшая подставка для монет появилась будто из небытия. В ней беззаботно лежала связка. Вот они, здесь! Где им еще быть?
С криком облегчения она схватила их, выбрала нужный и вставила его в замок зажигания.
— Мать твою… — сказал Дизон, когда снаружи у дома ожил и взревел «порше-кайман». Грир уже несся по лестнице вниз.
«Ремни безопасности», — подумала Джессика и, не замечая, что нервно посмеивается, взяла курс на большую гаражную дверь домика. И, пожалуйста, никаких подушек безопасности. Перед самым столкновением, ее смех неожиданно прекратился, на его месте осталось лишь беспокойство о Рикки: «Малыш, пожалуйста, отойди подальше».
Потом все потемнело, она услышал треск древесины, скрежет металла и звон стекла. Ее отбросило назад, и она инстинктивно подняла руку, защищая лицо.
Но ничего не полетело в нее сквозь лобовое стекло: оно даже не разбилось. От двери гаража ничего не осталось. Она отстегнула ремни и попыталась открыть дверцу, но не смогла — та оказалась заблокирована обломками. Но стекло рядом с водителем по-прежнему работало, она опустила его и высунула голову.
— Иди сюда, детка! — крикнула она.
Рикки побежал к ней — прямо к ней, а не к пассажирской двери, но это было нормально. Она просто схватила и затащила его в салон через свое окно и кинула на заднее сидение. Несмотря на неестественно грубое отношение, мальчик не пикнул и даже пристегнул ремень без какого-либо напоминания.
Она по привычке посмотрела в зеркало заднего вида, когда включила заднюю передачу и уже собиралась надавить на газ. В зеркало увидела двух уродов, находящихся рядом с ее бампером.
«Бип, бип, ребята», — зло подумала она. Она почувствовала мстительное ощущение триумфа, когда нажала на акселератор.
Она успела увидеть, как они разлетелись в разные стороны, когда «кайман» выпрыгнул из гаража, как снаряд из пушки. Улыбка на ее лице становилась все шире и шире, когда «кайман» резко остановился. Она изо всех сил сжала руль и, врубив передачу, помчалась вперед.
— Мы сделали это! У нас получилось! — радовался Рикки, когда они выехали на подъездную дорогу, ведущую к свободе.
«Конечно, малыш», — думала Джессика. Она уже открыла рот, чтобы высказаться вовсю по этому поводу, а может, просто радостно зарычать, как самка медведя гризли, которой удалось уберечь своего детеныша от беды.
Он вышел на дорогу из-за чертового фургона метров за десять перед ней. И с собой он тащил Крэга, который выглядел еще хуже, чем когда они расставались. Несмотря на то что ее муж не мог стоять на ногах, подонок спокойно удерживал его одной рукой. Он даже не смотрел на Крэга. Он глядел прямо на нее, он не целился, не грозил — просто смотрел, держа пистолет у головы ее мужа.
Джессике показалось, что ее сердце остановилось вместе с «кайманом», когда она надавила на тормоза. В трех метрах впереди Крэг поднял голову, посмотрел ей в глаза и одними губами прошептал: «Поезжай, Джесс».