Ложь.
Она смеётся, будто слышит мои мысли.
Но как она может их знать?
— Врёшь. Ты ничего не помнишь. Они стёрли тебе мозги, как жёсткому диску.
Максим сжимает моё запястье, его пальцы — горячие тиски. Он хочет контролировать мои эмоции, пытается изо всех сил. Но он не сможет.
Все, что он может — параллельно с ней говорить. Он пытается меня отговорить от разговора, с силой держит за руку, сжимает запястье так, что боль пронзает руку.
Она говорит… Он…
Они говорят вдвоем.
— Не слушай её, — шепчет он. — Она врёт.
Алиса делает шаг вперёд. Я не отступаю.
— Ты хочешь знать правду? — она улыбается, и это страшнее, чем если бы она кричала. — Ты не Лера Соколова.
Сердце пропускает удар.
Пусть скажет кто я.
Не факт, что поверю.
Не факт.
Но я буду знать чего они от меня хотят.
Говорю как можно проще, тише и спокойнее, но рваный вздох выдает мое волнение с головой.
— А кто?
— Подумай.
В глазах меркнет.
Мир переворачивается.
— Врёшь! — рычит Максим, но его пальцы дрожат.
— Проверь, — Алиса медленно достаёт из кармана телефон, включает экран. На нём — фотография.
Две девочки. Близняшки. В одинаковых платьях. Ни в чем неповинные девчонки мило смотрят в экран.
— Это мы. В детстве.
Я тянусь к телефону, но Максим резко дёргает меня назад. Не позволяет взять в руку, да что взять — даже приблизиться, рассмотреть свое и ее лицо. Дергает и я отлетаю.
— Это фотошоп!
— Нет, — Алиса переключает картинку. Следующее фото — подростки. Я узнаю себя. Нет... её.
Но…
Говорю вслух то, что думаю. Уже все превращается в идиотский бред.
У меня никогда не было сестры!!! И в век современных технологий верить в чьи-то слова и картинки…
Говорю что думаю — прямо, даже напористо:
— Это не я. Я росла одна.
— На фото ты. Ты просто не помнишь.
Голова раскалывается. В висках стучит кровь так, что кажется вот-вот башка взорвется.
Внезапно — резкое озарение, вспышка,в мозгах яркий огонь.
***
Детская комната.
Две милых детских кровати, застеленные пухлыми одеяльцами, по-кукольному розовые, уютные, в которых так сладко спать!
Я сижу на полу, передо мной — кукла. Её лицо разорвано, из головы торчит пружина. Я смотрю на свои руки — они в крови.
За дверью крик: “Алиса! Что ты наделала???”
***
— Нет... — я качаю головой, но картинка не исчезает.
— Вспоминаешь? — шепчет Алиса, пристально на меня смотрит. — Ты всегда была... жестокой.
Ее слова — как удар по голове. Будто молотом…
Вздрагиваю.
Выстрел.
Ее слова и жуткий убийственный хлопок… Все воедино сплелось во мне и породило животный страх.
Алиса побелела, отшатулась… я бы даже сказала отпрыгнула… но не успела. Пуля задела ее плечо. Кровь брызгает на асфальт.
Максим опускает пистолет и командует мне:
— Бежим!
Ахаю, выдергиваю свою руку, но он хватает меня за запястье и насильно тащит, мне просто приходится перебирать ногами. По-другому нельзя, иначе коленки он так и будет меня тащить.
Оглядываюсь.
Алиса не бежит.
Она стоит, прижимая руку к ране, и... смеётся.
— Ты всё равно вспомнишь! — кричит она мне вслед. — Ты не сможешь убежать… от себя!
***
Мы врываемся в заброшенный цех. Окна заколочены, пахнет плесенью и старым маслом. Судя по грязным ласкам и замызганному полу тут уже давно никого нет.
Максим баррикадирует дверь столом, затем резко поворачивается ко мне.
— Она врёт.
— А если нет?
— Ты действительно веришь, что она — твой близнец?
Я молчу.
Он подходит ближе, его пальцы впиваются в мои плечи.
— Она лжет!
— Но эти фотографии...
— Подделки!
Я закрываю глаза. В голове — все размазано в жуткий сумасшедший бред. Одно цепляется за другое и как размотать этот клубок страхов — непонятно.
Воспоминания — разные, отрывки и кусочки — они крутятся в голове. Но… настоящие ли они?
Или поддельная липа, которую она вложила мне в голову?
— Максим... — голос дрожит. — Я ничего не пойму…
Он резко прижимает меня к стене. Его губы обжигают мои.
— Ты — Лера. Моя Лера.
Его руки скользят под мою одежду, пальцы оставляют на коже горячие следы. Я хочу сопротивляться, но тело отвечает ему тем же. Я тоже его касаюсь, трогаю, между ног возникает безумный жар…
Мозг протестует! Не понимаю что со мной и, переборов, все же спрашиваю:
— Почему я… Так возбуждена… Что ты мне вколол?
Он не отвечает, продолжает меня трогать и еще больше распалять. Чувствую, как схожу с ума просто от его запаха.
— Ты помнишь это, — шепчет он. — Ты помнишь нас.
И я... помню.
Действительно помню.
Правда.