Дыхание сбивается, дышать уже нечем, но я бегу через боль, сбивая ноги в кровь.
Но уже больше не могу… Молю его:
— Максим, постой…
Он нехотя тормозит, смотрит на меня — в его глазах нечто пугающее.
— Мы щас сдохнем, если будем стоять. Пошли!
— Я не… не могу…
Он резко дергает меня за руку. Но сил нет и, главное, нет понимая что вообще происходит, куда бежать и… зачем.
— Я хочу понять что со мной…
Резкий звук — где-то близко хрустнула ветка.
Мы замираем.
В темноте показалась фигура мужчины, темный силуэт. Меня бросило в пот, я думала, это они.
Но нет. Смотрю ему в лицо — тот самый сосед, Слава. Весь в крови, лицо изрезано осколками, смотрит на нас зло.
— Ну что… — хрипит он, шатаясь. — Я долго ждал этого мига…
Максим взводит курок.
— Уйди.
Слава смеётся.
— Ты её трахнул и думаешь, что она твоя?
Его слова — как пощёчина, бьют резко и быстро возвращают к реальности. Заставляют опомниться, все вспомнить и понять, что я веду себя странно, как-то не так.
Максим смотрит в упор на Славу, его глаза полны тоски и жалости.
— Ты её не знаешь... — тихо говорит он. — Я помню Леру настоящую. Ту, что была до перепрограммирования. А ты... ты видишь только то, что они оставили.
А я... я стою здесь, среди них, но будто за стеклом. Каждый думает про меня свое.
Но я…
Мои мысли полны пробелов.
Но я ли это? Кто сейчас управляет моей головой?
— Я была другой... — шепчу про себя, но меня не слышат.
Максим резко вынимает пистолет и стреляет. Ему надоели разговоры, тем более сейчас, когда времени на это совсем нет.
Слава уворачивается и кидается на меня, успеваю заметить, как блестит острие ножа в его руке.
Я отпрыгиваю, но он хватает меня за волосы, тянет к себе.
— Ты же все помнишь… — шепчет он, и его дыхание, густое от крови и алкоголя, обжигает щёку. — Как я стучался к тебе ночью? Ты думала, это случайность?
Максим бросается вперёд, но Слава резко приставляет лезвие к моему горлу.
— Ещё шаг — и ей конец.
Лезвие холодное. Острое.
— Что ты хочешь? — голос Максима звучит спокойно, но я вижу, как напряглись его пальцы на пистолете.
Слава ухмыляется.
— Она знает.
— Знает что?
— Она так бежала, что даже забыла закрыть дверь. Она все отлично помнит. Просто… выпендривается. И про флешку тоже помнит, про все доки. Она отлично знает что где у нее лежит. И нож как нельзя лучше сейчас это подтвердит.
— Я не знаю…
— Врёшь! — он дёргает меня за волосы, заставляя вскрикнуть. — Ну же, скажи, ты ведь отлично знаешь какова твоя миссия на самом деле? Ты же просто девушка Ястреба, верно? Простая девчонка, на которую никто не выйдет, не пойдет по следу, — он переводит взгляд на Макса, — только вы обосрались по полной.
— А не в тебе ли, сука, дело?
Слава сплевывает, удерживая меня.
— Так ты… на обе стороны? — лицо Макса становится черным от злости, — ты продажная сука? Крыса, блять!
— Не тупи. Один ты всегда считал, что можешь решать как поступать другим…
— Сука. Ты все это время работал тут и сосал хуй у “Молота?”
Он наводит на Славу пистолет, но, ухмыльнувшись, опускает.
— Даже руки марать не буду. Сдам как суку. Скажу, что и на нас пиздец как припахивал. Они тебя запытают до смерти. Будешь орать, а они тебя ебать в рот. Нож по самые кишки через рот засунут. Кожу снимут.
Слава резко поворачивает мое лицо на себя, пугает страшным взглядом, рычит в ухо:
— Что, киска, пытки тебе к душеньке не пришлись?
Лезвие дрожит у моего горла.
Боюсь дышать, острие больно давит и кажется, что уже надежды нет…
Как грохочет гром.
Выстрел.
Тёплая кровь брызгает мне на лицо.
Слава замирает, его глаза расширяются.
Из его рта медленно вытекает алая струйка.
Он падает.
За ним, сквозь дым, выходит она.
Алиса.
С пистолетом в руке.
— Надо сразу стрелять в голову, а не разговаривать, — говорит она, подходя. — Так надёжнее.
Максим резко поднимает оружие, но Алиса лишь улыбается.
— Расслабься. Я не за тобой.
Её глаза — мои глаза — смотрят на меня.
— Я за сестрой.
И тогда я понимаю.
Это не закончится.
Никогда.
Потому что правда — где-то во мне.
И все они готовы разорвать меня, чтобы её достать.
Глава 12. Пора?
Дождь смывает его кровь с моего лица, но ощущение липкой теплоты остается.
Тошно.
Противно.
Хочется умыться, смыть с себя этот день, а лучше проснуться и никогда не видеть больше этих лиц…