Жутко.
Мороз по коже.
Нет. Нет. Нет.
Я вот-вот проснусь.
Еле слышно, из последних сил он шепчет:
— Лера… — голос хриплый, будто ржавые гвозди царапают горло. — Ты… зачем здесь?
Он посмотрел в сторону Кирилла:
— Нахрена ты ее… — сплевывает кровью, — блять… Зачем ее…
— Чтобы решить вопрос. Скажи ей сейчас. Пусть она...
— Это бестолку, — на его лице страшная досада, — теперь всем точно конец.
Лицо Кирилла мрачнеет:
— Все равно все дело в ней…
Перебиваю:
— Артем… Что происхо…
— Уходи. Сейчас же уходи!!!
В страхе он смотрит за мою спину.
Оборачиваюсь, вижу — Кирилл резко развернулся, поднял пистолет и целится им в пустоту. Говорит кому-то невидимому:
— Выходи!
Из тени шагает высокий мужчина в чёрном. В руке — пистолет с глушителем.
— Ну что, — говорит он спокойно. — Наконец-то все в сборе.
Я оборачиваюсь к Артёму. Его лицо искажает гримаса ужаса. Сорванным голосом он приказывает:
— Лера, беги…
***
Бабах!!
Я даже не успела пошевелиться. Сердце едва не остановилось. Что это, выстрел?
Нет.
Я жива. Цела.
Но…
Теперь полная тьма.
С металлическим лязгом захлопнулась дверь. В подвале воцаряется тишина — мертвая, давящая, будто сам воздух замер в ожидании.
Меня трясет.
Понимаю, что это конец. Отсюда уже не выбраться. И Артем… он связан. Как я его…
Как… Как мне ему помочь???
Глаза привыкают к темноте, вижу, как мужчина в черном медленно опускает пистолет, но не убирает. Его глаза — серые, пустые, как дым — скользят по мне, затем переходят на Кирилла.
— Кирилл Волков, — произносит он, растягивая слова, будто пробует их на вкус. — Работаешь хорошо.
Кирилл молчит. Его пальцы сжимают рукоять пистолета так, что вот-вот раскрошат.
— Кто ты? — выдыхаю я, и мой голос звучит чужим, дрожащим.
Мужчина улыбается.
— Меня зовут Виктор. Я… Организатор. И старый друг Артёма.
Артём резко дергается в кресле, наручники звонко бьют по металлу. На секунду мне показалось, что его лица коснулась улыбка. Но нет. Этого не могло быть.
— Лера, не слушай его! Он…
Виктор резко поднимает руку — и Артём замолкает. Это не в его характере вот так молчать по взмаху чужой руки.
Он не такой, но…
Он замолкает так, словно точно знает: от этого зависит жизнь.
Его. Или моя.
— Ты всегда был слишком эмоциональным, — вздыхает Виктор. — И слишком болтливым. Вот он тебе и не поверил и… — он оценивающе смотрит на меня, — оказался прав.
Кто не поверил?
Не понимаю.
В ужасе на него смотрю.
Он делает шаг вперед, и я инстинктивно отпрыгиваю к Кириллу.
— Дело сделано? — спокойно спрашивает Кирилл.
— Сделано. Но не до конца.
— Что еще?
— Девчонку оставь.
— Да все же нормально, — кидает Артем и мне кажется, что в его голосе фальшь.
— Нормально? — повторяю шепотом, в моей голове жуткая непонятная каша. — Что происходит? Причем тут я???
Виктор усмехается.
— Что же, Артём решил играть по своим правилам.
Я смотрю на Артёма. Его лицо бледное, но в глазах — безумный огонь. Мне кажется, он сейчас одним махом разорвет все путы и набросится на противника.
— Отстань от нее, — шипит Артем.
— Ей пора бы уже знать…
— Заткнись, — Артем дергает руками, но он крепко прикован.
Кирилл заступается:
— Она ничего не понимает.
— Я не понимаю…
— Не понимаешь? А это кто писал? — Виктор медленно достает телефон. На экране — наша переписка. И то самое сообщение, от которого я рыдала. А после него…
Бледнею. Читаю. Выхватываю буквы и замираю, во рту становится сухо.
“Проверь старый чемодан на антресоли. Там кое-что для тебя”.
У меня перехватывает дыхание.
Этого сообщения… не было.
— Я этого не… Это не наша переписка! Это обман!
— Нет, — хрипит Артём. — Это правда.
Я в ужасе смотрю на него, но он продолжает — тихо, будто неуверенно — я вижу, внутри него молотом бьет неподдельный страх. Он говорит, глядя на меня тяжелым пугающим взглядом:
— Там действительно есть кое-что. Но не для тебя. Для них.
Виктор улыбается.
— Вот видишь? Он сам все подтверждает.
Кирилл вдруг резко толкает меня в сторону.
— Беги!
Оглушительный выстрел раздался прямо над моим ухом.
***
Кирилл толкает меня в сторону, и в тот же миг раздается выстрел. Пуля со свистом рассекает воздух, вонзаясь в бетонную стену прямо за моей спиной. Падаю на колени, царапая ладони о грязный шершавый пол.
Боль обжигает.
— Беги! — кричит Кирилл, и его голос тонет в новом залпе.
Поднимаю голову. Металлическая дверь захлопнута, но в полумраке замечаю узкую щель в стене — вентиляционный лаз, прикрытый ржавой решеткой.