Мои губы накрывает долгим поцелуем, сопровождающимся толчками внутри. Как же это порочно и волнительно, мне хочется вновь ощутить тот волшебный полет, из которого я только что вынырнула.
- Ты не надел презерватив? – строго спрашиваю Артема, когда он вышел из меня и снова наполнил собой.
- Я успею, не хочу лишаться ощущения твоего тела, - сквозь сбившееся дыхание поясняет.
У меня еще далеко до середины цикла, поэтому я не протестую против такой сомнительной контрацепции и не противлюсь его выбору.
Наши тела еще долго сплетались в унисон, пока я буквально не взмолилась прекратить эту пытку, боясь сойти с ума от острых ощущений.
Артем только добродушно на это рассмеялся, но выполнил мою просьбу, как и свое обещание вовремя прерваться.
И сейчас, когда мы усталые лежим на кровати, я все еще путаюсь в своих чувствах. Действительно ли все происходит по моему желанию или я не замечаю, как поддаюсь искушению.
Еще вчера я собиралась быть едва ли не уборщицей здесь, а сегодня я уже делю с ним постель, подсаживаясь на удовольствия от секса.
- О чем ты думаешь? – устало говорит Зольников.
- Думаю, что я зря тебя боялась, ты чуткий и понимающий, - отвечаю на вопрос, передергивая плечами.
Артем замолкает, приподнимается на локте и серьезно смотрит на меня тяжелым взглядом.
- Давай с тобой договоримся, что ты не будешь меня идеализировать. Как человек я, мягко говоря, далек от идеала. Ты еще мало меня знаешь…
- Я хочу тебя узнать. Я готова выслушать любую правду о тебе, - пылко отзываюсь, но Зольников только хмыкает в ответ.
- Завтра продолжим знакомиться, - отшучивается и закрывает глаза, демонстрируя, что хочет уснуть.
Я тоже прикусываю язык, Артем прав, всему свое время.
***
Только на завтрашний день в наших отношениях ничего не меняется, Артем нарочито избегает личных тем, да и про меня его интересуют лишь бытовые вопросы: любимая еда, одежда и хобби.
От этого диссонанса я еще больше теряюсь и так и не решаюсь инициировать поездку в полицию, чтобы написать заявление о пропаже мамы. Почему-то мне кажется, что Артем не разделяет моего желания найти родительницу, которая так фанатично сплавляла меня замуж. Я и сама знаю, что зря рассказала Зольникову об этом, но сказанного уже не воротишь, мне остается только набраться смелости и самой сходить в отделение.
Глава 14
Постепенно я привыкла жить с мужчиной. Я втянулась в быт и даже интим постепенно стал чем-то приятным, а не вынужденной мерой в борьбе за выживание.
Артема часто не бывает дома, а без него время в пустой квартире тянется мучительно долго, как бы я ни старалась это изменить. Полезные занятия не занимают мой разум надолго, и я уже неделю откладываю чтение книги по менеджменту, которая, того и гляди, подернется слоем пыли на холодильнике.
Первоначальная эйфория от всего нового притупилась, и все чаще я ощущаю, что с каждым новым днем я неумолимо теряю частичку своей личности. Неужели в какой-то момент я стану совсем безликой?
Уже и прогулки по району не наполняют меня положительной энергией. Например, сегодня я купила очередной кружевной комплект белья и новые джинсы. Еще месяц назад я о них могла только мечтать, а сейчас ощущение от долгожданной покупки нисколько не трогают душу.
В ожидании Артема смотрю на настенные часы. Время близится к двум ночи, хотя к такому образу жизни я уже успела привыкнуть, и меня уже не клонит в сон.
Мои размышления прерывает скрип открывающейся двери. Артем приветливо машет мне из коридора большой коробкой пиццы, что заметно притупляет внезапно возникшее желание поговорить с ним начистоту о моей роли в его жизни.
- Ты будешь ужинать, - интересуюсь, коротко целуя его в щеку.
- Нет, хочу просто отдохнуть у телека, - доносится в ответ.
Артем проходит мимо меня, оставляя за собой шлейф табачного дыма. Я жадно вдыхаю его, пытаясь уловить в нем нотки чужого парфюма, но мое обоняние не находит здесь ничего стоящего особого внимания.
Хмыкаю своей паранойе, заношу коробку с пиццей в гостиной и раскрываю ее на журнальном столике.
- Как прошел день? – дежурной интонацией спрашивает он, возвращаясь из душа.
- Нормально, я немного погуляла. Кажется, что скоро я окончательно забуду про преследования Рудницкого… С каждым днем мой маршрут прогулок все длиннее.
Услышав это, Зольников давится воздухом и прокашливается, стряхивая с голого торса оставшиеся капельки воды.
- Думаю, что тебе не стоит думать об этом. Кстати, все забываю у тебя спросить, как там поиски твоей мамы? Что говорят в полиции?