Потом я взволнованно глядела в окно, наблюдая, как он затягивается сигаретой на перроне, и не замечая подсаживающихся в мое купе пассажиров.
Только сейчас я начинаю понимать, насколько влипла в Зольникова. Мне совсем не хочется уезжать, а хочется, как в сопливой мелодраме, выскочить на улицу и кинуться в его объятия.
Поезд трогается, и мне остается лишь с тоской смотреть на проплывающий мимо фасад вокзала. Кажется, что я делаю что-то не правильно. Возможно, мне стоило бы немного оттянуть встречу с мамой, ведь несколько дней ничего бы не дали…
Ругаю себя за эту минутную слабость, стараясь сосредоточиться на дороге.
Через несколько часов я наконец-то ступаю на столичную землю и первым делом звоню Артему. Я намеренно делаю голос приторно-ласковым, чтобы польстить ему, но Зольников не спешит отвечать мне тем же.
- Артем, я не вовремя? – обиженно говорю в динамик и до боли прикусываю нижнюю губу, чувствуя, как к глазам подступают слезы.
- Птичка, ты всегда вовремя, просто я за рулем, не могу долго говорить.
- Ты едешь в клуб?
- Нет… - после недолгой паузы поясняет он. – У меня тоже выдалась своеобразная командировка.
Связь начинает булькать, выводя меня из равновесия.
- Обязательно позвони мне, как доберешься.
- Конечно, только здесь связь не очень. Целую, не скучай, - доносится в ответ.
Прижимаю к себе мобильный, ощущая себя влюбленной дурочкой, потерянной для общества. Я не знаю, как я буду рассказывать маме об Артеме, но я точно постараюсь сделать так, чтобы и она поверила в наши отношения, а не приписывала ему какие-то скрытые мотивы.
Кое-как добираюсь до нового адреса мамы и, уставившись на невзрачный фасад, сверяюсь с данными, которые мне передал следователь. Ошибки быть не может, я пришла правильным путем.
Мне не верится, что мама могла осознанно переехать в этот район, но списываю это на новые обстоятельства в ее жизни.
Бегом поднимаюсь по ступенькам и нетерпеливо давлю на дверной звонок, запоздало спохватываясь, что могу разбудить ребенка.
Интересно, у меня появился брат или сестра?
Мама почти сразу открывает дверь, даже не спрашивая.
Мы целую вечность смотрим друг на друга, пока она не предлагает мне зайти в квартиру.
Мальчик у нее на руках перестает кричать, с любопытством рассматривая гостью.
- Мам, привет! Какой же он маленький и очень похож на тебя, - переключаю все свое внимание на брата, непроизвольно тянусь ладонью к его маленькой ручке, обращенной ко мне.
- Сейчас все обсудим, иди, освежись с дороги, а то сразу миллиард микробов несешь брату, вместо подарков, - сердито ворчит она.
Застываю от недоумения. Похоже, что мама все еще злится на меня и не думала забывать о наших разногласиях.
На автопилоте ныряю в свою сумку, достаю домашние вещи и иду по коридору в поисках ванной комнаты.
Вся обстановка квартиры говорит о том, что остро нуждается в ремонте и замене мебели. И это я еще не видела ванную…
Облезшая эмаль, испещренная ржавым налетом, и нависающие над головой веревки с детской одеждой.
Кое-как пристраиваюсь, чтобы принять душ, невольно вспоминая нашу старую квартиру. Там было тоже скромно, но не до такой степени.
Ругаю себя за эти мещанские мысли, вытираюсь и спешу присоединиться к маме на кухне.
Она уже накрыла стол: мой любимый салат в тяжеленной тарелке, пирожные и пюре с котлетами. Как же я соскучилась по ее котлетам…
Замираю у двери, ловя на себе ее взгляд. Неужели она меня даже не обнимет?
Никогда бы не подумала, что я способна на ревность к маленькому ребенку, но я с едва скрываемой завистью смотрю, как мама садит ребенка в стульчик для кормления, как любуется им.
- Что ты как чужая, иди сюда, - смягчается мама, обнимает меня за плечи, отстраняется и снова смотрит на малыша. – Это твой братик, Иван Иванович.
- Я привезла ему немного игрушек. Они там, в сумке, - начинаю нервничать.
- Подожди, давай поедим, потом вручишь ему свои презенты.
Мама потирает усталые глаза, садится на табуретку и пододвигает к себе ближе чайную пару.
- Ты вышла замуж? – с неуместной укоризной интересуюсь.
- Конечно, Иван Петрович развелся, и теперь мы живем вместе, здесь, - признается она.
- Столько лет водил тебя за нос, чтобы потом жениться? – недоверчиво ворчу.
- Ванька у нас случился, вот и поженились…
- Мам, прости, меня что-то заносит.
- Меня раньше тоже заносило по отношению к тебе, видимо, пришла пора собирать камни. Ты сама как? Надеюсь, что ты не за долей квартиры меня разыскивала? Мне сейчас нечем с тобой рассчитаться, придется подождать, когда я выйду из декрета. Сама видишь, что за лачужку мы купили, и то еле на нее наскребли.