— Нам? — Вия обеспокоенно посмотрела на вора.
— Да, вам, — он ускорил шаг, — мне нужно в другой город, который вам не по пути. Скоро наши дороги разойдутся.
Я решила не комментировать новость и принялась неистово жалеть себя. Перед глазами расплывались темные мерцающие круги, дышать с каждым шагом становилось сложнее.
Мы шли по лесу. Сквозь ветви проглядывал диск полной луны, а между листьями то и дело мелькали крылья проворных птичек. Легкое шелестение, поскрипывание деревьев от ветра и далекие отголоски собачьего воя складывались в лунную сонату. Я же вздрагивала от каждого движения, от любого шороха. Воспаленное сознание подсовывало страшные картинки: тени сливались, являя чудовищ и обитателей леса, непременно желавших полакомиться уставшими путниками.
— Кажется, у тебя температура, — приложив к моему лбу прохладную ладошку, прокомментировала Вия. — Надо бы найти ручей и обосноваться.
— Мы уже почти на поляне, — ответил вор, отплевываясь от паутины.
Я увидела слабый просвет между листьями и постаралась собрать остатки энергии для последнего марш-броска. Дошла! Дальнейшие события меня мало интересовали. Друзья расстелили на земле несколько курток, развели костерок и оставили меня в покое, посоветовав отдохнуть и не бродить одной в темноте. Я послушно кивнула и с наслаждением закрыла глаза.
Пока я плавала в полубредовом тумане, друзья обустраивали ночлег. Вия отправилась собирать хворост для костра, Дар с Ритом ушли ломать ветви для шалаша, а Эру были поручены поиски водоема. Как оказалось, Неуловимый действительно знал местность и уже через несколько минут вернулся с полным котелком воды. Бросив на дно заранее собранные травки, он поставил его на огонь и сел рядом. Я уставилась на него, вспоминая странную стычку в доме у старика.
— Ты и в самом деле больна, — он усмехнулся, не поворачивая ко мне головы и продолжая наблюдать за язычками пламени.
— С чего тебе пришла в голову эта мысль, о Мудрейший? — не преминула съехидничать я и зашлась хриплым кашлем.
— Ты совершенно не замечаешь того, что творится вокруг, — он опустился на корточки прямо передо мной.
— Н-да? — вспомнив недавний страх, я отшатнулась. Он ухмыльнулся и отодвинулся.
— Афеда, я не параноик. Но согласись, твои действия выглядели подозрительно.
Я незаметно перевела дух и чуть расслабилась.
— А знаешь, я подарю тебе одну вещицу.
— Зачем?
— Чтобы ты не дулась на меня за тот… случай.
— Ладно, не дуюсь. Это была вполне нормальная реакция повидавшего жизнь вора, –я улыбнулась и тут же скривилась от головной боли.
— Так можно сделать тебе подарок?
Кажется, это действительно его волновало. Я не хотела рушить и так только настраивающиеся дружелюбные отношения и кивнула. Приблизившись, он сдернул со своей шеи шнурок с тяжелой подвеской. В темноте было сложно различить, что это, да и в глазах почему-то мутнело. Бережно, словно вещица представляла для него большую ценность или была очень хрупкой, он Эр надел шнурок мне на шею. Утонув за воротом, подвеска тронула тело еще теплым, чуть шершавым краем.
Я подняла глаза и встретилась с безумным взглядом. Лицо Эра было близко-близко. В зрачках отразился вылетевший из костра уголек. Я моргнула. Неуловимый исчез.
Сидя у костра в полном одиночестве, я унеслась в туманные сновидения.
Глава 11
— Неожиданность, адреналин и страх. Все нужно дозировать в определенных пропорциях.
Чуть больше первого, меньше второго и совсем чуть-чуть третьего. Как приправу…
Заметки Жизнеписателя
Быть может, прокляли, а может, окрестили
Меня в момент, когда я родилась.
Но птицей легкою, живым ключом в пустыне
Возникла я. И в Мире обрелась
И — страх не знать, что делать с этой жизнью.
Как жутко этим даром обладать.
День ото дня держать в руках синицу,
А журавлей — под сердцем осязать.
Как Божий дар и как Его проклятье,
Пусть канут в летопись мгновения и дни.
Они в крови. Мы с ними — словно братья.
Они как свет. Как путеводные огни.
И все ж не хватит — хоть живи столетья,
Мне чаши жизни не испить до дна.
Всех птиц не уловить, и не успеть мне.
Я крещена на жизнь и ей опьянена.