На глаза навернулись слезы, и я поспешно вскинула голову.
— Что еще я пропустила? Войну? Она уже идет? Неужели я снова угробила Книгу?!
— Война началась.
— Как?
— Легкие стычки происходили на протяжении множества лет, но когда пострадали почти все острова морского государства, ни у кого нее возникло вопросов, чьих рук это дело.
— А никому не пришло в голову, что это природный катаклизм? — я произнесла эти слова и поняла, как нелепо они прозвучали.
— После твоего «солнышко светит» солнце не садилось трое суток. Войска уже выдвинулись. Еще немного — и Книга исчезнет.
— Но почему? Ведь после войны всегда кто-то выживает?
— Конечно. Но война унесет жизни людей и лояннов, а с ними — мечты, ожидания, надежды, которыми питается Книга и живет ее Автор. Вместе с жителями исчезнут последние силы, на которых держится Сота. И тогда она может захлопнуться в любое мгновение просто оттого, что у нее нет корней.
— А Лояллэин? Ведь она сильная!
— Лояллэин очень привязана к близким. Она не выдержит их потери и не захочет оставаться. Думаю, она уйдет.
— И кем она станет?
— А как думаешь?
— Не знаю. Быть может, землей?
— Вряд ли. Скорее всего, подземным озером, — Негги задумался добавил: — Кем бы она ни стала, Ларри пойдет за ней, и тогда… Хотя знаешь, иногда мне кажется, что Книга держится на тебе.
— И я же ее разрушаю.
Мы замолчали. Моя растерянность постепенно сменялась гневом и уверенностью, что все еще можно исправить. Даже если ничего не выйдет, я должна попытаться сделать хоть что-то! Чтобы оставить дом для друзей. Чтобы они жили привычными жизнями рядом с родными, а не становились одинокими Авторами. Чтобы не превращались в стихии…
— Я думаю, мне пора.
— Будешь бороться за свою жизнь?
Странно: о том, что меня не станет, я просто забыла.
— Нет, — я резко дернула головой. Рыжие волосы хлестнули по щекам и рассыпались по плечам. — Буду бороться против чужих смертей!
Зло улыбнувшись мальчишке, я развернулась к нему спиной и…
***
— Может быть, просто срежем?
— Не выйдет, я ведь уже говорил. Замолчи.
Я лежала на ровной поверхности. Затылок холодил легкий ветерок. Похоже, что рядом открытое окно. Чуть приоткрыв глаза, я огляделась сквозь ресницы. Как паршиво видно! Почему тут не носят очки? Надо будет попросить мага исправить мне зрение. Уж это-то он наверняка может.
Послышался легкий шелест и донеслась ругань сквозь зубы. Стук чего-то по подоконнику, пара тяжелых шагов… Я могла отличить друзей по походке. Это был явно кто-то чужой. Скорее — даже двое.
Тело было ватным, а мозг затуманен алкоголем — значит, прошло не так уж и много времени. Хотя судить объективно тут невозможно. Я чуть приоткрыла глаза и следила из-под опущенных ресниц за происходящим в комнате. Один незнакомец, бесшумно откинув занавески и пропустив второго, направился к двери и повернул ключ в замочной скважине. Другой склонился надо мной, словно принц над Белоснежкой.
— Резать, не дожидаясь перитонита? — зачем-то гаркнула я в лицо «принцу» и, воспользовавшись его секундным замешательством, пнула ногой в живот. Лезвие распороло рубашку, оцарапав плечо, и воткнулось в пол. «Принц» хрюкнул и свалился рядом.
От страха и алкоголя я соображала туго и вместо окна кинулась к двери. Второй бандит не ожидал, что жертва кинется к нему в объятия, и после недолгого замешательства рванулся навстречу. Спасибо инстинктам — не подвели. Спотыкаясь, я пару раз уворачивалась от ударов, но все была зажата в углу. В жутком свете багровой луны на меня надвигались двое.
— Мама!!!
— Я тут! — в дверях появился Дар с алым кубком в руках. Кровавая жидкость перетекла через край кубка, стекла по ладоням мага и змеей устремившись к моим обидчикам. Один из них дернулся к окну, другой — наоборот, ко мне. «Змея» раздвоилась и молниеносным хлыстом ударила по ногам обоих. Незнакомцы упали, и по всему полу тут же разбежались побеги, опутывая и прижимая к доскам пару извивающихся тел.
— Они умерли? — убедившись, что можно дышать спокойно, уточнила я.
— Обездвижены, — не проронив больше ни слова, дарриец развернулся и вышел из комнаты.
С каких это пор стало нормой, что меня пытаются убить посреди ночи?! Тело трясло от страха, и я нетвердой походкой вышла из комнаты и поспешила за Даром по темному коридору. Двери справа и слева были абсолютно одинаковыми, и оставалось только догадываться, как на этом постоялом дворе можно ориентироваться. Я почему-то была уверена, что мы в гостинице. Но где? Вслед за Даром я вошла в небольшой зал. Бревенчатые стены с торчащей отовсюду паклей, колченогие лавки, грубые столы с обгоревшими свечками.