Трать минуты и дни напрасно,
Загорайся мечтою заветной,
Сколь несбыточной, столь прекрасной.
И пускай счастье будет бессмысленным,
Сталью, крючьями в душах зацепимся!
Проживай жизнь зловеще и весело,
Даже если мы больше не встретимся…
— Вот куда снова лезешь? — недовольный мальчишеский голос звучал роднее всех в этом мире.
— Нег?
— А кто еще вмешается, пока ты окончательно не скопытилась? — мальчишка возмущенно фыркал, но было заметно, что он больше волнуется, нежели злится.
Мы шли по удивительному красочному лесу. Мягкий закат разливался между деревьями, шелестящими богатой листвой. Ноги проваливались в теплый, пушистый ковер, на котором хотелось растянуться, раскинув в стороны руки. Воздух был чист и прозрачен, отчего слегка кружилась голова. Дышалось удивительно легко, и на душе почему-то стало спокойно.
— Нравится? — Нег внимательно проследил за тем, как озабоченность на моем лице сменилась восхищением, и тоже улыбнулся.
— С удовольствием осталась бы здесь. И чем дольше, тем лучше, — выдохнула я. — Где мы?
— У меня дома.
— А как же белые окна? Колонны?
— Там я пишу. Работаю, можно сказать. Но ты же не думаешь, что Жизнеписатели работают вечно? Мы тоже устаем, нам нужен отдых.
— Да, но ты говорил, что обычно вы строите себе пристанище в одной из собственных Книг. Твое — тут?
— Ну, такие пристанища у меня есть, и их много. Бывает интересно навестить кого-нибудь из Авторов, которому ты сотворил Книгу. А это сад. И каждое дерево в нем — один из таких, как я.
— Ты — вяз или липа?! — мои брови поползли вверх, и я отдернула руку от дуба, к которому прислонилась на время беседы. — И они все живые?
— Можно сказать, что и так. Когда мы устаем, — Негги остановился и ненадолго замолчал, — то приходим сюда. Стоит захотеть — обратимся в деревья. И стоим так, сколько хотим: от дня до столетий. Потом дерево засыхает, и мы спускаемся на Землю, где забываем, кем были. Забываем, что творили Книги и помогали не родившимся, тем, кто потерял эмоции, был далек от чтения и не научился мечтать.
— А потом?
— Не знаю. Наверно, становимся Авторами, а может, и снова Жизнеписателями. Это тайна.
— Откуда же ты это знаешь?
— Не только у Ларри есть замечательная библиотека, — он игриво и одновременно с грустью подмигнул мне.
— Но это так странно — прожить столетия, узнать столько интересного и забыть, снова попав на Землю…
— Очень часто память играет с нами злую шутку. И когда воспоминаний накапливается слишком много, хочется начать все с начала. Ощутить другие эмоции, попробовать построить жизнь заново.
— Но это означает новые проблемы, горечь, постоянные вопросы о том, что будет после кончины! Неужели не проще жить так, как ты — творя и помогая?
— Проще. Но бесконечно заниматься этим — тоскливо. Я бы сказал, обреки меня кто на вечное существование в одной жизни, прибил бы заразу, — Нег рассмеялся и наклонил к себе веточку, проходя мимо стройной березки.
— Так, получается, прийти на отдых можно только единожды?
— Да, поэтому мне нравится тут гулять. Я понимаю, что свободен в выборе, и от этого появляется больше сил. Не каждый просто так решится бросить возможность создавать Книги в первые годы жизнеписательства.
— Тогда ваш лес походит на кладбище. При условии, что человек верит в бессмертие души.
— Может, и так. Но разве не прекрасно тут находиться?
Я отрицательно замотала головой.
— Не-е-е, если ты решил отдохнуть, превратившись в растение, и переродиться где-нибудь в Австралии или в Сибири… да мне, в общем, плевать, где. Ты это брось! — я нахмурилась и развернула мальчишку к себе лицом, — я еще тешу надежду разгадать вашу загадку и оказаться дома!
— Думаешь, получится? — мальчишка издевательски хмыкнул, и я увидела в его глазах легкую злость, а может, веселье. — Думаешь, тебе удастся отгадать, как применить дар, врученный обычному человеку, помирить государства и не разрушить при этом Книгу? Да еще успеть выбраться до того, как настигнет рок, сворачивающий страницы в узкую трубочку?
Я слегка испугалась внезапной перемене в поведении Жизнеписателя. Его обветренное лицо нахмурилось, а живые темные глаза сощурились.
— Да, именно на это я и надеюсь, — уверенно кивнув головой, я замолчала.
Несколько секунд мы сверлили друг друга взглядом, а потом Нег рассмеялся.
— А знаешь, — он как-то зловеще повернулся ко мне, — я даже завидую тебе! Не поверишь, насколько завидую. Честно говоря, я без понятия, зачем Он играет с тобой в игры. Я не знаю, получится у тебя или нет. У меня нет малейшего представления о том, кто может подсказать, что делать и куда направляться. Единственное, что я могу тебе посоветовать, — используй возможность менять Книги как можно реже, — он посмотрел вперед и повел меня дальше, в глубь тенистой аллеи. — Ты забываешь, что в любую минуту, в любую секунду может случиться непоправимое, и при этом имеешь возможность вернуться домой и запомнить все то, что увидела. Я же знаю наперед, что со мной будет, и принимаю то, что в моих силах лишь отсрочить переход в беспамятство.